Санаторий работал круглый год. Отдыхало одновременно по 200 человек. В основном это – инвалиды Великой Отечественной войны. Питание было хорошее, кормили 4 раза в день. Кроме того, еще на ночь давали по стакану кефира. Кино показывали через день, бывали и концерты. После обхода врача большинство больных расходились кто куда. Но больше всего ходили на речку в с. Зубриловку. Лечение было назначено мне хорошее. За первый месяц пребывания в санатории я прибавил в весе более чем на 3 килограмма. Домой ехал той же самой дорогой. В Шадринск приехал 16 ноября утром. До Мехонки ехал машиной, а от Мехонки шел пешком. В деревне Спициной пришлось заночевать. На следующий день я был уже дома.

Пока я находился в санатории, из армии демобилизовался брат Лазарь. Демобилизовали его по состоянию здоровья. Живет он у родных его жены. У них уже растет сын Владимир.

Зима 1951 года для меня прошла сравнительно неплохо. Чувствовал я себя хорошо, кое-что уже помогал по хозяйству, но немного.

25 мая 1952 года Аня родила сына. Еще до рождения мы назвали его Владимиром, Баевым Владимиром Клавдиевичем. Семья выровнялась…Сейчас есть и дочь, и сын.

Через две недели отметили день рождения. Здесь погуляли последний раз со своими друзьями Огневыми, Николаем Владимировичем и Дусей. Через несколько дней их провожали. Уезжали они в г.Асбест Свердловской области на постоянное место жительства.

Несколькими днями раньше уехал и Вася Макаров. Его перевели работать в д.Ключи. Огневы и не уехали бы, но их сократили, не укомплектовали на новый учебный год в нашей школе. Не укомплектовали и мою Аню. Огневы уехали к родителям, а вот мы куда поедем? У нас дело хуже.

Нам пришлось жить на мою пенсию. А получал я всего 390 рублей, так как с 1950 года у меня снова была 2-я группа. С 1-ой группы меня снял Орманже, главврач районной больницы. Он был тогда председателем ВТЭК.

Только немножко направились наши дела в материальном отношении, сейчас снова все пошло на убыль. С горем пополам протянули зиму, а к весне у нас кончилась корова. Не могла растелиться. И корова была не застрахована. Пришлось продавать кое-какие вещи, с трудом нажитые. Правда, в конце зимы Аню снова взяли в школу, но все равно уже дела поправить не могли. Ее в школу взяли временно до конца учебного года. Работала она не более двух месяцев.

В последних числах мая 1953 года, после того, как посадили в огород, поехали всей семьей в гости на Спасскую. Можно гостить, ни о чем не заботиться. Хозяйства у нас совершенно никакого нет. Ничего не осталось. Был выводок гусиных цыплят, и тех всех побило градом во время грозы, а гуся утащил волк прямо из ограды. Одно несчастье за другим.