Происходящее имеет и свои хорошие стороны. Так, например, совершенно разрушена злобная клевета о том, что наши Учреждения будто бы были поддержаны большевиками, а также и клевета о меркантильности[1162]. Идейность Учреждений теперь выступает особенно ярко, и мы должны применять к жизни эти плюсы.

Что касается до всемирного материального кризиса, конечно, он не может продолжаться бесконечно, и новый модус вивенди[1163] создается самою жизнью. Решительно всем, а прежде всего во всех культурных и образовательных Учреждениях, приходится подвергаться всяческой экономии, ибо люди и многие правительства еще не поняли, что образование и просвещение являются источниками строения благосостояния. Когда в массах будет разбужена потребность не к восстаниям, не к разрушению, не к кулачным боям, но к истинному просвещению, то этот высокий уровень направит и средства к истинному благосостоянию страны.

Пока мы видим, что все наши предположения и идеи вполне соответствуют общему положению вещей, а затруднения создают новых весьма полезных друзей и выявляют еще раз вражеские и разрушительные лики. Газетным заметкам мы придаем очень мало значения, так как невозможно считаться со всей ложью и извращениями. Характерно недавнее газетное обвинение барона Таубе в масонстве, о чем некоторые из наших сотрудников меня немедленно уведомили не без многих легковерных намеков. Я сейчас же разъяснил им всю лживость этих нападений, о которых сам барон Таубе меня предупредил еще в 1930 году, до вступления в кооперацию с нами. По счастью, клеветники всегда очень примитивны, и свет истины в конце концов торжествует.

Вы уже знаете о том, что 29 мая мною спешно послано 18 картин, с «Мадонной Орифламмой» во главе, в Брюгге[1164]. В нашем Центре уже получены и перечень картин, и очень трогательная индусская статья, сопутствовавшая отправке этих вестников нашего Пакта[1165].

Передаю в Ваши руки следующее мое соображение. Если королева Бельгии, как это видно из корреспонденции, принимает к сердцу интересы Выставки и, в частности, моих картин, то ведь будущий зал, хотя бы и был Отделом нашего Музея, но, кроме того, мог бы быть посвящен имени королевы Елизаветы, которая как предстательница всех высокообразовательных и религиозных настроений Бельгии была бы наилучшей Духовной хранительницей нашей идеи[1166].

Прилагаю при сем еще чек на сто долларов в счет фонда Выставки, так как установка картин, конечно, вызовет некоторые расходы.

Отсутствие сведений из Америки, конечно, объясняется болезнью миссис Хорш и ее детей. Мы сами от нее не имели писем уже долгое время, а переписка по Обществу ведется на ее имя. Кроме причины нездоровья миссис Хорш, задержке известий могли быть и другие причины. Только что мы получили письмо Шклявера не только с опозданием, но и со снятыми четырьмя печатями. Очередное письмо мисс Лихтман не пришло. Утеряны два письма от барона Таубе. А из Риги сообщают[1167], что одно письмо от мисс Лихтман определенно пропало, другое пришло в открытом искалеченном виде. Ввиду таких обстоятельств можно предположить, что и в Вашей корреспонденции могли быть такие же пробелы. Поэтому мы просим всех наших корреспондентов печатать нумерацию писем и сами делаем то же.