Прекрасна битва за Правду и Культуру. И когда мы пишем это Вам, мы знаем, что Вы поймете это со всем энтузиазмом Ваших молодых устремленных сердец!

Будьте отважны, бдительны и мужественны!

Сердцем и духом с Вами.

111 Н. К. Рерих, Е. И. Рерих — З. Г. Лихтман, Ф. Грант, К. Кэмпбелл и М. Лихтману

111

Н. К. Рерих, Е. И. Рерих — З. Г. Лихтман, Ф. Грант, К. Кэмпбелл и М. Лихтману

20–21 июня 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

20–21 июня 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

№ 76

Родные наши Зин[а], Фр[ансис], Амр[ида] и М[орис], от Шкл[явера] получено любопытное письмо с двумя сообщениями, которые надо принять к сведению. Во-первых, он сообщает, что посол Ам[ерики] в Париже среди французов высказывает непозволительные для посла суждения и старается отвратить некоторых полезных лиц. Это сообщение тем более любопытно, что во время своей таинственной поездки одержимые были именно у этого посла, и потому можно ожидать и в этом случае всякую темную кухню. Второе сведение, сообщенное Шкл[явером], звучит как-то чудовищно. Сообщается, что особа, побывавшая от Вас в Центре, сообщила ему о запрещении въезда для всей семьи. Чудовищно подумать, чтобы так рекомендованная приезжая могла сообщать такие вещи, которые, по-видимому, и Вам она не говорила. Кроме того, и по существу своему это сведение звучит как-то нелепо. Ведь взрослые люди отвечают каждый сам за себя, и потому нечто такое огульное, простирающееся на всю семью, не укладывается ни в какую логику. Кроме того, несмотря на Ваши предупреждения, приезжая особа рассказала об отношении Кузена к Артуру. Все это настолько чудовищно, что прямо трудно верится, и Вы можете себе легко представить, какое впечатление производят такие речи в кругах, с которыми общается приезжая особа. Если бы Зин[очка] стала писать ей, то, конечно, нельзя упоминать о таком осведомлении, ибо это могло бы породить еще б´ольшие компликации[396]. Самое большое, что можно сделать, это при случае просить ее быть крайне осторожной и не давать повода для кривотолков. К вопросу о въезде, если бы таковое было, то Вы или от нее, или через Франс[ис] от Ст[арого] Дом[а][397] об этом знали бы. Ввиду случившегося следует осторожнейшим образом навести справки через приятельницу Франс[ис]. Совершенно необходимо знать, не приготовлен ли и в этом отношении какой-то подвох. Во всяком случае, Вы представляете себе впечатление Шкл[явера], услыхавшего такую весть от вновь прибывшей. Спрашивается, для какой цели она хотела посетить Центр? Было ли это любопытство или нечто другое? Последнее время Зина не поминала Шаховских и [от] помянутого от них писем так и не было. Итак, все лишь доказывает, что где-то неустанно куются злокозни.