27–29 июня 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

27–29 июня 1936 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

№ 78

Родные Зин[а], Фр[ансис], Амр[ида] и Мор[ис].

Посылаю Вам две полезнейших выписки: одна — копия письма нашего дальневосточного сотрудника. Можете это письмо показать и Москову, и Греб[енщикову], и всем, кому считаете полезным. Действительно, описанный им эпизод, как мракобесы облаяли и Шаляпина, весьма показателен. Копию этого же письма мы пошлем и в Париж, и в Ригу, ибо все наши сотрудники должны знать истинное положение вещей. Характерно и то, что, несмотря на все ухищрения мракобесов, повсюду наша культурная работа продолжается. Если местами ее мракобесы загоняют в катакомбы, то ведь и в катакомбах иногда творились великие дела. Главное, чтобы не угасал светлый огонь. Получите также и вторую выписку из журнала «Старые Годы»[409] за окт[ябрь] — дек[абрь] 1914 [года]. Для архивов нашего Пакта весьма важно это указание достоверного журнала о том, что я писал тогда о сохранении памятников культуры французскому президенту и послу Северо-Американских Штатов, прося о защите истинных сокровищ. Каждое такое упоминание с точными датами годов будет устыжением тех злоумышленников, которые стараются и дело Пакта окружить всякими недостойными наветами. Со вчерашней почтой получено хорошее письмо от Черткова, в котором он искренно возмущается преступными действиями Леви. Итак, что же впишет в свой паспорт Леви своими преступлениями? Чертков сообщает любопытный факт, что санатория, предположенная ея зачинателями во Имя Преподобного Сергия, местным епископом была насильно посвящена Имени Святого Пантелеймона. Вот до чего доходит мракобесие. Мракобесы, во тьме живущие, не понимают, против чего они борются и какое светлейшее имя они пытаются отодвинуть и обороть. Поистине, невежество есть самое страшное преступление. Сколько розни вносится именно невежеством, потому-то в Учении Света всюду так подчеркивается живейшая необходимость единения, которое способствует и дружественному просвещению. Очень показательно, что письма с Дальнего Востока доказывают, как там в разных местах — каждый в своих возможностях — продолжают сеять семена добра. Мор[ис] часто упоминает о джиннах, строивших Храм. Поистине, даже сами мракобесы, не отдавая себе отчета, стараются о построении. Их постоянное шевеление побуждает и добрых сотрудников к бодрствованию и неутомимому дозору. В дозоре куется непобедимый доспех.

29. VI. Получились Ваши письма от шестого до 12 июня. Итак, злодейство доходит до крайних степеней. Сестра увольняет брата от профессиональной должности. Какие-то самозванцы, как Морис их правильно назвал, какие-то индивидуумы самочинно собираются и выбрасывают истинных учредителей культурного дела. Мы не получили журнал заседания Комитета Защиты. Нужно думать, что постановления этого Комитета были очень внушительны и сильны. Также, наверное, Зина немедленно созвала экстренное заседание Комитетов эдюкешнл и алумни, чтобы и они могли немедленно тоже выразить свое возмущение по поводу самозваных постановлений. Пошлем Вам телеграмму, что мы никогда своих шер Леви не отдавали и они находились у него как у казначея лишь на хранении, в совершенно таких же условиях, как и Ваши три шеры. Подчеркните это обстоятельство не только всем адвокатам, но и Стоксу и всем, кому нужно. Также сообщаем телеграммой о необходимости ввиду Вашего сообщения о закрытии Музея на два летних месяца, чтобы Морис и Трэстис Музея в присутствии двух законных свидетелей установили бы, какие именно надписи, пометки, или штемпеля, или печати находятся на обратной стороне картин. Ведь сейчас можно ожидать всяческих подделок. Вообще, злоумышленники будут бросаться на все отделы Учреждений, и все наши адвокаты должны не только слышать об этом, но и понять все ловушки, приуготовляемые злоумышленниками. Посоветуйтесь с адвокатами, как защитить картины, чтобы на них не оказалось каких-то самочинных пометок или же что-то не было бы на них уничтожено. Пусть адвокаты посоветуют, как предотвратить и эту опасность. Прекрасно, что Брат теперь да[ет] свои советы. Ведь он, как почетн[ый] советник и многолетний наблюдатель дел, может дать именно те незаменимые советы, которые никто другой не в состоянии подать. Прекрасно, что из писем Ваших видим привхождение Миллера в дела. Ведь и Манускрипты, и «А[гни] Й[ога] [Публикейшнс]», и собств[енность] Святослава, и все, чего Плаут не может осилить, требует ближайшего попечения. Опять-таки повторяем, что все эти дела представляют одно дело и их нельзя разделять и забрасывать. В делах, близких к философии, особенно должен участвовать такой человек, как Миллер, — таков Совет.