Христиерн предложил отпраздновать это примирение банкетом, на который был приглашён весь сенат; девяносто четыре синьора и два архиепископа приняли это приглашение. Гости считали себя в полной безопасности, как вдруг в зале пиршеств появились царь и Тролль, сопровождаемые толпой убийц, которые, по данному приказанию, начали резню.

Архиепископ присутствовал на ней с папской буллой в руках и читал её вслух. Более шестисот граждан, прибежавших на помощь сенату, также были перерезаны. Никогда ещё Тролль не выказывал такой кровожадности, как на этой бойне.

Он приказал в своём присутствии распороть живот великому приору иерусалимского ордена и вырвать внутренности, прежде чем тот испустил последнее дыхание.

Швеция восстала при воззвании Густава Ваза.

Христиерн, спасшийся бегством в Данию, был низвергнут с престола негодующим народом. Это происходило в 1523 году.

Четыре года спустя после этих событий Фредерик, герцог Гольштейнский, дядя Христиерна, водворил в Дании протестантскую религию, утвердившуюся в ней, впрочем, только двенадцать лет спустя, в царствование Христиерна III. Швеция приняла Реформацию одновременно с Данией. Лютеранство ввёл в ней её освободитель Густав Ваза. Далекаргия, страна с грубым и диким населением, отвергла новое учение, но Густав Ваза сумел ввести его.

В Швеции реформа водворилась, так же как и в Германии, из несогласия с продажей индульгенций; распространителем её здесь был Цвингли, имевший некоторое сходство с Лютером: он был так же храбр и пылок, знал почти все древние языки и с жаром занимался науками.

Вот как Боссюэт отзывается о Цвингли:

«Речь его всегда отличалась ясностью, и никто из мнимых преобразователей не выражал своих мнений с такой точностью, единообразностью и последовательностью; но никто также не мыслил так вольно и смело».

Цвингли начал своё поприще в Швицском кантоне, воспротивясь публичной продаже индульгенций.

В 1518 году он, в качестве проповедника, изложил свои религиозные убеждения, возбудив этим ярость духовенства. Архиепископ констанский издал против него приказ, на который Цвингли отвечал воззванием к Швейцарским кантонам. Он восставал против безбрачия духовенства, указывая на проистекающий вследствие этого разврат, и с жаром говорил о необходимости распространения евангелического учения.

Цвингли просил позволения у верховного совета Цюриха защищать своё учение в присутствии архиепископа констанского и всех, желающих быть свидетелями этой дискуссии, обещая отречься от своих убеждений, если ему докажут их нерациональность, и просил в таком случае направить себя на путь истинный.