— А насчет подруги, товарищ полковник? — несмело спросил радист.

— Исполняйте приказание.

— Есть!

Она догадывалась, что ей не ответят. Догадывалась и верила, что Сильвины позывные еще будут услышаны.

Верили этому и в Центре. Верили потому, что никто из эстонских связных не радировал Центру о гибели отряда. Верили потому, что молчали об этом немцы. Верили, наконец, потому, что позывные Центра не были использованы немецкой контрразведкой.

Генерал выслушал очередное сообщение полковника, помрачнел, долго о чем-то думал.

— На вылет новой группы пока разрешения давать не хочу. Подождем… еще несколько дней. Тем более, что в Прибалтике фронт пока статичен. Подождем.

Прошло еще пять дней, и снова полковник доложил о том, что группа «Балтийцы» на связь не вышла.

— Так. Но и позывные Центра противник пока не использует?

— Не использует, — подтвердил полковник.

— Больше ждать не будем. Позывные были только у командира и радиста. Доверимся. Высылайте в этот район еще одну группу. Что там у вас еще?

— К нам могут обратиться родственники членов группы…

— Скажите им то, во что мы верим сами, — печально сказал генерал. — Следы отыщутся. Позывные должны быть услышаны.

И снова полковник и радисты Центра просиживали у аппаратов, рассылая по Прибалтике каскады цифр. Но ни Лючия, ни Елена, ни Сильва не откликались.

А на эстонской земле службы «Абвер», «СД» и гестапо с тревогой наблюдали, как чьи-то незримые руки выводят из строя подвижной транспорт, дороги, средства связи гитлеровской армии. Как взлетают на воздух оружейные склады, эшелоны, бригадные и батальонные штабы. Испаряются особо секретные документы. Перехватываются оперативные донесения.

Но действовала ли здесь дерзновенная мысль Сильвии Восковой и ее товарищей — в Центре пока не знали

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ. КОМИССАРЫ ИДУТ ВПЕРЕДИ

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ.