Она думала, возможно ли, что спустя восемь лет он еще жив, хотя, конечно, даже если бы ему удалось прокормиться и обогреться, его сломило бы одиночество, отчаяние. Впрочем, вопрос праздный – он не хотел выжить.

Какими стали его последние дни? Сколько их было? Дожил ли он до зимы? Провалился ли все-таки в расщелину? Ученые не нашли на базе Литл Америки его тела. На месте Эдди она сделала бы то, о чем он говорил: зимней ночью ушла бы подальше от базы и легла в снег под звездами и полярным сиянием. А может, и нет – для нее не прошло незамеченным, что ей дважды не удалось решиться на смерть. Жизнь – ее единственное достояние, записала она в журнале. И ее она сохранила, она ей была дорога.

В 1963 году экипаж ледокола Военно-морского флота заметит внутри дрейфующего в трехстах милях от шельфового ледника Росса столового айсберга постройки, мятые, как начинка для сэндвичей: Литл Америка-III, койки, патефон, мерзлые собачьи экскременты, початки кукурузы – все ушло в море.

Эдди тоже, где бы ни застала его смерть, в конце концов будет выдавлен в Южный океан в айсберге и двинется на север на своей грандиозной погребальной ладье, погребальном костре, который не сгорит, а растает. В конце концов окажется в океане, но он наверняка это знал.

Калеб приезжает в Новую Зеландию во второй раз. Они ругаются из-за денег. Он хочет, чтобы Мэриен взяла все гонорары за книгу. Наконец она уговаривает его оставить себе сорок процентов. Благодаря появившимся средствам, пусть и скромным, она может опять изменить себя. Почти на целый год уезжает на остров Северный, снова становится женщиной, называет себя Элис Рут. Необходимые документы покупает у мошенника в Окленде. Почувствовав, что готова, Мэриен возвращается на остров Южный, покупает ферму, преуспевает. Дрессирует лошадей и овчарок. Нанимает специалистов. Она одна из первых, кто использует вертолет для сгона овец – местность сложная; овцы забираются туда, куда пешком идти несколько дней. Она кое-что себе позволяет: учится летать на вертолете.

В первое время Мэриен нет-нет да встречает кого-нибудь из пастушьей поры; обычно ее не узнают или не слишком уверены, чтобы спросить прямо, однако тем, кто говорит, что она напоминает им человека по имени Мартин Уоллес, Элис Рут почти небрежно отвечает: да, некоторое время она выдавала себя за мужчину, поскольку искала работу и хотела освоить овцеводство. Кто-то негодует, кто-то после краткого удивления даже восхищается ее мужеством. Мало-помалу слухи расходятся среди овцеводов, и про нее узнают все. Хотя некоторые лицемеры отказываются иметь с ней дело и вовсю распространяют злобные сплетни, она к тому времени уже крепко стоит на ногах и достаточно независима, чтобы не придавать значения подобным разговорам. Судьбы женщин, выдававших себя за мужчин и становившихся солдатами, моряками и даже пиратами, известны издавна. Кому какое дело до одинокого пастуха?