— Гляди! Не красавица разве? Глаз тешит и тело очищает сверху донизу!

Плотным, островерхим столбиком вздымается соцветие. Федор погладил его, понюхал. Амвросий приговаривал:

— С чем сравнишь, ну-ка! Девичий румянец, верно? Наперстянка… Не слыхал? Подай мне мать-мачеху! Эх, простак! Желтая, да не та. Ну, нам цветок не нужен, сила в листочках. К язвам прикладывают. Слыхал?

— А трава одолень есть? — спросил Федор.

Рассказал со слов Харитины, княжеской кормилицы, — растет трава при реках, ростом в локоть, цвет рудо-желт, листочки белые. Трава приворотная, привлечь способна женский пол. И мало того, охраняет от недругов, если зашить в ладанку и надеть на себя.

— Хорошо бы, — ухмыляется Амвросий. — Бабки нагородят чудес, подставляй уши!

— Еще будто адамова голова есть, корень такой… Кто носит, дьявола может узреть.

Смеются оба.

Пребывал Федор в шалаше, в Рожновском лесу четыре дня и расстаться с Амвросием не захотел. Попросился в товарищи — странствовать, врачевать народ травами, одолевать хвори людские.

Амвросий того и желал.

С тех пор Федор Губастов затерялся в необъятности российской надолго.

ВИКТОРИЯ ПАРИЖСКАЯ

ВИКТОРИЯ ПАРИЖСКАЯ

1

1

В 1716 году Европа как бы затаила дыхание, всматриваясь в будущее.

Война за испанское наследство кончилась, но мир, подписанный в Утрехте, хрупок.

Жезл повелителя Европы не достался никому. Выигрыш преважный — у Габсбургов, отхвативших всю Бельгию, земли на Рейне, Милан, Неаполь, остров Сардинию. Союзница императора Англия отняла у испанцев Гибралтар — ворота в Средиземное море — и остров Минорку в оном, у французов — владения в Америке, по берегу Гудзонова залива. Кроме того, Франция обязалась разрушить до основания и Дюнкерк — морскую свою крепость.

Честолюбивый замысел Бурбонов рухнул. По условиям мира Испанию не может возглавлять король Франции.

Людовик Четырнадцатый недавно умер, но план его — «стереть Пиренеи» — не забыт. Филипп, утвержденный на испанском троне, мечтает подчинить французов, строит козни против герцога Орлеанского — регента Франции при малолетнем Людовике Пятнадцатом. Два Филиппа, два племянника «короля солнца», — яростные враги. Пушки по обеим сторонам Пиренеев заряжены.