— Могу я вам чем-то помочь? — спросил Ядринцев. — Скажите, я все сделаю.

— Нет, нет, спасибо, — поспешно ответил Омулевский. — Мне ничего не нужно. Я ведь не один живу… И врач у меня знакомый, прекрасный человек, он ежедневно ко мне приходит. Вы-то как, чем занимаетесь?

— Колонизуюсь помаленьку. Работаю вместе с графом Соллогубом в тюремном комитете. О, доложу вам, тут истинное дело, поскольку связано оно с Сибирью!

— Да, Сибирь… Наверное, и мне от нее не уйти, опять зовет. Поеду вот, наберусь новых сил. А что же граф Соллогуб, он либерал или искренний друг Сибири? — поинтересовался.

Ядринцев усмехнулся:

— Искренний друг… Он спит и во сне видит, когда ему благодарная Сибирь памятник поставит. Ну, да бог с ним, пусть мечтает, лишь бы доброму делу способствовал. Ничего, ничего, Иннокентий Васильевич, мы еще послужим Сибири. Важно, чтобы шаг за шагом, шаг за шагом, как сказал один сибирский романист, идти к своей цели.

Они сидели друг против друга, совсем близко, чувствуя эту близость и сознавая, что есть в ней нечто большее, в этой близости, чем просто взгляды, улыбки, соприкосновение рук. И, может быть, именно поэтому в этот миг Ядринцев особенно остро почувствовал и свою вину перед Омулевским, которого, должно быть, не понимал и недооценивал: нет, не «Федорова в бархатном сюртучке» видел он перед собою сейчас, а по-настоящему стойкого и мужественного писателя Омулевского. И рад был этому искренне. «Что ж, впредь и мне наука, — думал Ядринцев. — Не судить о людях сгоряча».

3

3

Пришло известно из Сибири: умер генерал Хрущов. Честный воин и труженик Севастопольской страды, он оказался вялым и равнодушным администратором и, кажется, не сделал за время своего губернаторства в Западной Сибири ни одного самостоятельного шага. Сама по себе весть о смерти генерал-губернатора не явилась бы столь значительною, если бы за этим не стоял вопрос: а кто же будет назначен в Сибирь вместо Хрущова? Впрочем, кто бы ни был назначен, думал Ядринцев, а им, сибирякам, надо идти своей дорогой. И вот однажды Ядринцев встретил знакомого журналиста, и тот ему сказал:

— Могу сообщить вам новость: губернаторствовать в Сибирь едет генерал-лейтенант Казнаков. Поздравляю вас от души!

— Да меня-то с чем поздравлять? — усмехнулся Ядринцев. — Не я же назначен генерал-губернатором.

— Поздравляю вас с тем, — пояснил тот, — что Сибири повезло, губернатором назначен высокообразованный, деятельный и, если желаете, благородный человек. Очень заинтересованный к тому же Сибирью.

— Вы его знаете? — удивился Ядринцев.