— Как вас! И мой вам совет — непременно познакомиться с генералом. Могу поспособствовать.

Через несколько дней встреча состоялась. И Ядринцев остался доволен. Генерал Казнаков произвел на него хорошее впечатление. Они проговорили около двух часов, коснувшись в разговоре и вопроса о сибирском университете, что весьма заинтересовало Казнакова.

— Что ж, — сказал он, прощаясь, — вопрос этот действительно очень важный, и я непременно представлю его на высочайшее рассмотрение. А вас, Николай Михайлович, хочу просить: не могли бы вы составить для меня список необходимой литературы о Сибири? Буду весьма вам признателен.

Однажды Николай Михайлович зашел к Казнакову и застал его в парадном виде, сияющего и веселого.

— Ну-с! — улыбнулся генерал своею обворожительной, широкой улыбкой и крепко пожал Ядринцеву руку. — Могу вас порадовать: вопрос об университете одобрен. Государь просит представить проект. Поздравляю вас, Николай Михайлович, и всю Сибирь! — с чувством он сказал. — Как видите, лед тронулся. Пора и нам с вами трогаться, отправляться в Сибирь.

Выйдя от Казнакова, Ядринцев не знал, куда ему прежде бежать, кому первому сообщить эту прекрасную новость, с кем поделиться радостью. Свершилось! Наконец-то свершилось: в Сибири будет, будет свой университет!

Ядринцев быстро шел, почти бежал по Литейному, хотел зайти к Благосветлову, но передумал и помчался в другую сторону, никого и ничего вокруг не замечая.

Он ворвался, прямо-таки влетел в дом Барковых, ошеломив всех своим возбужденным видом, подхватил и закружил Адю — такую мазурку устроил! Адя смеялась и не могла ничего понять.

— Да что случилось, Николай, что произошло?

— Случилось, Адечка, случилось!

Вышла Александра Ивановна, он и ее обнял и расцеловал.

— Только что я был у генерала Казнакова, и он сообщил мне, что государь приказал представить проект сибирского университета. Понимаете, что это значит?

И он опять подхватил Адю, радуясь, как мальчишка. И если бы ему сказали в тот день, что радость его преждевременна, что сибирский университет будет открыт лишь спустя полтора десятка лет, он бы ни за что не поверил. Такой близкой казалась цель.

Лето 1874 года, словно в награду за долготерпение, подарило Ядринцеву немало счастливых дней. В конце июля состоялась помолвка с Аделаидой Федоровной Барковой, а затем и свадьба. «Все кончено! Со вчерашнего дня ношу кольцо на руке, — говорит он друзьям. — Кто я есть? Бедный литератор со случайным заработком. Но Аделаида Федоровна, Адечка Баркова, чудесная и мужественная женщина, разделяя взгляды мои и стремления, не побоялась разделить и бедность…» Впрочем, Александра Ивановна, мать сделала все возможное, чтобы жизнь молодых начиналась безбедно.