Возвращение в Пеллу не показалось македонянам триумфальной прогулкой. По дороге племена кельтов преградили путь; прислали гонцов с требованием оставить обоз. «Мы вас не тронем!» – обещали кельтские вожди. Царевич решил подумать до утра…

Задержав кельтских переговорщиков у себя, Александр отобрал группу смельчаков и под прикрытием ночи незаметно обошёл засаду, где укрылись кельты, а перед рассветом напал на близлежащее селение. Разорил его и скорым маршем пришёл к другому поселению – тоже разорил. Следом такая же судьба постигла очередное селение. Когда кельты спохватились и разошлись по своим домам, чтобы защищаться, македоняне методично разгромили их разрозненные силы.

Усмирив кельтов, Александр надумал обезопасить свой проход и взялся за трибаллов, разогнал их отряды, после чего направился в земли хеттов, которые прежде досаждали македонянам тем, что нападали на приграничные области. Чтобы застать их врасплох, Александр приказал двум десяткам воинов переодеться в женское платье и в таком виде в повозках двигаться к главному хеттскому городу. Стражники, думая, что перед ними женщины, тревоги не подняли, а когда повозки приблизились, македоняне неожиданно напали на охранников ворот и держали их до подхода основного отряда. Александр приказал пленить всех жителей, сделать рабами, а их жильё заселить македонскими переселенцами. Имя новому городу не пришлось придумывать:

– Я назову его Александрополем – как поступает мой отец, называя своим именем новые города на землях своих врагов. Это будет мой первый город, а всего я хочу построить по всему миру тысячу городов с таким именем!

Возвращаясь в Пеллу, воины и командиры уже не подшучивали над юностью своего полководца. Царя Филиппа они знали давно, были знакомы с его манерой воевать, побеждая или отступая, не теряя самообладания, но его сын действовал совсем по-другому, но оправданно, смотря по результатам. Царь Филипп до начала сражения много комбинировал, искал у противника слабые места, куда следует нанести победный удар, всегда колебался и чего-то выжидал. Принимал окончательное решение, когда верил в победу. Судя по первым сражениям с участием Александра, его сын, на первый взгляд, неоправданно шёл на риск и проявлял нетерпение, считая ниже своего достоинства вступать в переговоры с врагом. В отличие от намерений отца, он старался найти сильное звено в цепи обстоятельств, в которых находился враг, а после наносил неожиданный удар именно там, где его не ожидали. С тех пор атака сходу и без подготовки, в лоб, стала излюбленным приёмом в последующих военных операциях Александра. Он не развязывал «узлы», а решительно разрубал их, часто поставив под сомнение свою жизнь, судьбу. Вот почему ход его мыслей и действия для врагов всегда оказывались непредсказуемыми, и именно это обстоятельство обеспечило ему в дальнейшем знаменитую череду сокрушительных побед.