Скифские всадники, число которых перед боем было впечатляющим, теперь выглядели растерянно. Кто остался жив, убегали, пока наконец все не исчезли. Равнина, где происходило избиение кочевников, выглядела, словно поле пшеницы после урагана – улеглось трупами, в значительной мере скифскими. Царь Атей, несмотря на преклонные года, сам командовал войском, пока не погиб от удара копья – в своих золочёных доспехах он был слишком заметной фигурой. Остальные скифские князья и царьки пришли к покорности царю Филиппу, смиренно обещая ему впредь не затевать какого-либо вооружённого сопротивления, а дань платить исправно.

Царь Филипп остался верен своим принципам: он разрешил македонским воинам грабить всё, что попадётся на пути. Вот почему все скифские селения по правую сторону Истра оказались разграблены, разорены полностью. На левый берег македоняне не переправлялись – ни к чему, добра и так хватало: они вели с собой до двадцати тысяч скифских женщин и детей для продажи в рабство и несметное число домашнего скота. Ещё двадцать тысяч чистокровных кобылиц отправлялись в Македонию для улучшения породы местных табунов. В хороших конях македонская армия всегда нуждалась! Но в чём оказался прав царь Атей – ни золота, ни серебра у скифов не было…

* * *

Отягощённое громоздкой добычей – пленными и скотом – македонское войско неспешно возвращалось домой. Впереди неблизкий путь. Часто делали привалы, отдыхали, пировали у костров, развлекались с плененными женщинами. Филипп указал на место, где нужно было сделать стоянку, но услышал от воинов:

– Здесь не будем останавливаться! Видишь, царь, нет травы для наших коней и вьючного скота!

– Вот наша жизнь: живём так, чтобы только ослам жизнь была по вкусу! – с горьким смехом сказал в ответ Филипп. И легко согласился на выбор для отдыха в другом месте.

По пути домой у царя было достаточно времени, чтобы подумать над недавними событиями. Он спешил к Атею с дружбой, а на деле – нарушил уговор, убил друга, ограбил скифов… Но винить себя он не намеревался: не упрямствовал бы старик, вместе с македонской конницей погуляли бы в степях до Меотиды*… Там, по берегам этого странного моря, богатые города греков, полно рыбы, зерна, вина… За Меотидой ещё живут народы… Просторы – дух захватывает!

На третий день пути встретилась переполненная дождями река. Долго искали брод, а когда нашли, стали переправляться. Получалось плохо, особенно с пленными, женщины и дети боялись воды. Лошади храпели и осторожничали. Без потерь не обошлось – бешеный поток унёс часть пленных, коров, коз и овец… Скотину было жалко!