– Нужно позвонить Донни, но я думала остаться с вами сегодня, если можно. Нам с Донни не повредит побыть порознь, если честно.

– Воображаю. Ну, они скоро позовут тебя обратно на работу, наверное. Конторы начнут открываться.

– Я тебе разве не говорила? На прошлой неделе пришло письмо. Они десяток человек уволили. Включая меня.

Зеленые просторы Борнвилла остались позади, и Бриджет с Лорной теперь ехали по менее выразительным и более обыденным предместьям – Стёрчли, Кингз-Хит и Холл-Грин.

– Кстати, не согласна я с тем, что ты сказала про бабулю, – продолжила Лорна. – Мне не кажется, что можно упрекать ее в том, как она жила. Она жизнь прожила невинную. Совершенно невинную. Разве этого недостаточно?

Бриджет резко переключила передачу. Автомобиль жалобно содрогнулся.

– Я тоже так думала. Но мне не кажется, что в наши дни можно вечно держать нейтралитет, вот в чем дело. Приходят времена, когда каждый должен выбрать сторону. – Она проскочила на скорости несколько светофоров аккурат перед тем, как свет сменился на красный, и добавила так тихо, что Лорна сочла, что мама говорит эти слова себе самой: – Нам всем довольно скоро придется.

8 Среда, 2 сентября 2020 года

8

Среда, 2 сентября 2020 года

Стук под крышей казался довольно пугающим, а слесарь спустился перепачканным и растерянным. Манжеты у него на рубашке почернели от древней пыли, в волосах застряла паутина. Он сказал Шорех и Фарзаду, что, по его мнению, к этому водяному баку не прикасались лет восемьдесят. Отводную трубу и клапан практически съела ржавчина, слив забился, все стыки и втулки пора менять, и он не уверен, удастся ли найти и половину таких запчастей. Крупнейший известный ему поставщик – в Уэст-Бромич, и лучше всего съездить туда сегодня утром и посмотреть, что там найдется.

– А, – сказал он, – и я нашел вот что, оно там воткнуто было между баком и балкой. – И вручил им картонную коробку размером с обувную.

После его отъезда они сели за кухонный стол и сняли с коробки крышку. Коробка тут же развалилась. Внутри нашлось немногое: два карманных дневника за 1943 и 1944 год; подписанная черно-белая фотокарточка пригожего молодого человека по имени вроде бы Джон Миллер; маленький острый треугольник тусклой бронзы.

– Возможно, шрапнель, – предположил Фарзад. – Если это с войны вещи.

На дневнике 1944 года значилось и имя: Мэри Кларк, Бёрч-роуд, дом 12, Борнвилл. Возраст: 9 лет.

– Та старушка, которая сюда приезжала на День победы, – вспомнила Шорех. – Должно быть, это ее. Поразительно. Надо попробовать найти ее адрес и вернуть это все ей.