– Согласен. Трофеи – победителю. Мистер Питт, вам поручается охрана Вольфов до тех пор, пока мы не решим, когда и как переправить их в Вашингтон.

– Ни одно государство и правительство не имеет суверенных прав в пределах Антарктиды, – надменно произнес Карл. – Удержание нас в качестве заложников противоречит международным нормам.

– Я всего лишь солдат, – безразлично пожал плечами Виттенберг. – А насчет законов и прав пусть ломают себе голову юристы и политики, когда вы окажетесь у них в руках.

Реорганизованные силы спецназа стали занимать комбинат и собирать пленных, которых в конце концов заперли в рабочей казарме, а Питт и Джиордино тем временем без помех вывели Карла, Эльзу и, Блонди Вольф через огромные двери в стене ангара. Незаметно для других они вытолкнули всех троих через служебную дверь на взлетную полосу. Налетевший порыв ветра обжигал холодом после почти комнатной температуры ангара.

Карл Вольф повернулся и вяло улыбнулся Питту и Джиордино.

– Это здесь вы нас расстреляете?

Блонди, казалось, была в трансе, но глаза Эльзы горели ненавистью.

– Стреляй, если посмеешь, трусливый шакал! – зашипела она.

Лицо Питта скривилось от отвращения.

– Во имя всего святого, что есть в мире, вы заслуживаете смерти. Вся ваша мерзкая семейка ее заслуживает. Но ни я, ни мой друг не окажем вам эту честь. Оставим ее естественным причинам.

До Вольфа внезапно дошло:

– Вы даете нам уйти?

– Да, – кивнул Питт.

– Значит, вы не думаете, что я и мои сестры предстанем перед судом?

– Человек с вашим богатством и влиянием никогда не войдет в зал суда. Вы пустите в ход все средства, чтобы избавиться от виселицы или пожизненного заключения, и выйдете в конечном итоге на свободу – по амнистии или за примерное поведение.

– Наконец-то вы сообразили что к чему! – презрительно процедил Карл. – Ни один глава правительства не рискнет бросить вызов семье Вольф.

– Или навлечь на себя наш гнев, – добавила Эльза. – Нет ни одного высокопоставленного чиновника или национального лидера, который бы не был нам должен. Наш провал будет их провалом.

– Нас не бросить за решетку, как какое-нибудь отребье, – сказала Блонди, быстро обретая прежнее высокомерие. – Слишком высок дух нашей семьи, наша сила воли. Мы снова восстанем, и на этот раз победим.

– Лично мне, – сказал Джиордино, – эта мысль не кажется удачной.

– Все мы будем спать спокойнее, зная, что вы в этой новой каше не будете помешивать ложкой, – холодно сказал Питт.