Боевичка бросилась наперерез колонне танцовщиц, чинно ступавших в ярких нарядах с золотыми коническими кокошниками. Пробежала прямо перед носом у первой из девушек. Андрей сжал зубы – хитро придумала. Сейчас колонна танцующих, метров десять в длину, окажется между ним и ею.

Но тут первая из танцовщиц сделала движение, не предусмотренное церемонией, – изящно выбросив ногу, ударила бегущую женщину по голени, та полетела на асфальт, лицом вниз.

Еще две танцовщицы кинулись к упавшей, начали брать в захват. С неожиданной силой террористка стала вырываться, почти отбросила обеих, но от колонны подбежало еще несколько. Та, что шагала во главе процессии, объявила ошарашенной толпе:

– Ни тамруат! [Полиция! – тайск.] Производим задержание преступника!

Огневский, весь мокрый от пробежки, остановился рядом с танцовщицами, склонился над поверженной, которую уже заковали в наручники.

– Свяжитесь с кхун Мэу на кха, – сказала Огневскому одна из девушек. – Пусть скажет, куда эту вести.

Огневский вызвал Мэу по рации и едва не признался ей в вечной любви. Ее затея с полицейскими в штатском отработала лучше любых ожиданий.

– Я сейчас же сообщу генералу, – с облегчением сказала тайка. – Сколько там времени… 6:12 утра… Интханон успеет отменить указ!

Амулет

Амулет

Сегодня был особенный день. Последний из дней.

Под вечер Грища таки взяла тревога за операцию, которая вступала в финальную, решающую фазу. К утру Интханон должен объявить снижение цен на рис, а Дженни – привезти Рачавади к идолу и устроить разлюли.

Грищ сначала собирался всю ночь провести за монитором, следя за прогрессом. Но поразмыслив, решил дать себе отдохнуть – заслужил, елки-палки.

Все было просчитано, перепроверено. Игорь не расколется, не выдаст место, где держат пленников, это точно. А даже если б и раскололся – о том, куда повезут Рачавади, он не знает. О завершающей фазе плана не знает вообще никто, кроме самого Грища и Дженни. Это предложила сама филиппинка – золото, а не агент, – ведь так меньше шансов на утечку. О плане будут знать только двое, те, кто точно не продаст и не расколется.

Даже когда Савил звонил сегодня утром, требовал отчета, предлагал любую помощь, Грищ, уже набравшийся силы и уверенности, осадил его:

– Вы дали мне задание, – сказал он тайцу, – я его выполню. Не мешайте. Завтра к утру все будет сделано, в лучшем виде.

И даже могучий Лангдуан уступил, не стал требовать объяснений. Только сказал: