– Сынок, ты опять ночью кричал. Пойми, нельзя все время жить прошлым, – неожиданно произнесла она. – Тебе давно уже пора вернуться с этой войны и начать жить нормальной жизнью.

Виктор в ответ, как всегда, улыбался и кивал головой. Спорить с матерью было бесполезно, ведь она была права…

Абрамов быстро привел себя в порядок и отправился на работу. Работа стала единственной отдушиной в его жизни. Он приходил на работу раньше всех и уходил позже всех. Виктор постепенно перестал ходить в кафе, встречаться с друзьями.

– Виктор! – как-то обратился к нему знакомый из отдела главного металлурга. – Ты премию получил?

– Какую премию, Женя?

– Как, какую? Ты что, приказа по заводу не читал? Все получили премию: кто-то в сумме трех окладов, кто-то – двух. Даже твой начальник цеха и ее заместитель получили за новую внедренную технологическую линию, которую, насколько я знаю, привез из Коврова ты.

– Женя, а кто готовил этот приказ?

– Не знаю, спроси об этом главного металлурга, может, он тебе подскажет?

Абрамов снял с себя рабочий халат, вымыл руки и направился в кабинет Главного металлурга. Постучав в дверь, он толкнул ее и вошел. В кабинете, помимо Главного металлурга, находились еще несколько начальников отделов.

– Здравствуйте! – поздоровался Виктор с ними. – Можно задать вам всего один вопрос?

– Вы что, Абрамов, не видите, что я занят? У меня совещание.

– Мне ваш секретарь ничего не сказала об этом, – соврал Виктор ему. – Всего один вопрос, и я больше не задержу вас.

– Что у вас?

– Скажите, пожалуйста, почему меня не оказалось в списке на поощрение за внедрение новой технологической линии? Ведь это я ее привез техпроцесс и запустил эту линию?

Главный металлург покраснел. Его мелко дрожавшие кисти рук задрожали еще сильнее. Он глубоко вздохнул и, отвернувшись от него в сторону, сказал:

– Абрамов! Я не знаю, почему вас не оказалось среди премированных людей. Думаю, что это ваш начальник цеха не включила вас в список.

– Но, вы же, сами лично подписывали этот приказ. Почему там оказался заместитель начальника цеха, который в этот период вообще был в ученическом отпуске и не занимался этой проблемой? Может, потому что он – сын начальника производства?

Абрамов старался говорить спокойно, хотя его всего трясло.

– Извините, мне все понятно, – произнес Виктор и вышел из кабинета.

«А ты, видать, не наградной, Абрамов», – вспомнил он слова своего командира. – Такое бывает в жизни. Сколько ни тянись до награды, а она, словно снежинка в руках, раз – и ее больше нет».