– Вот так взять и отказаться от помощи города я не могу, товарищ. Создать вам идеальные условия – тоже. Ты сам понимаешь, Абрамов, не могу я вам ничем помочь, нет у меня возможностей. Отпустите всех, кроме коммунистов. Пусть остальные едут в Казань. Сколько вас партийных?

– Шесть человек, – ответил Виктор.

– Так вот, пусть эти шесть и останутся.

– Айрат Завдатович, а разве эти шесть человек должны жить в хлеву? Почему вы, коммунист, Первый секретарь райкома партии, предпочитаете жить дома, спать под боком у жены в теплой кровати? Может, вы ради примера поменяете свое место жительства и переедете к нам в хлев, скрасив наше одиночество?

– Тебе не кажется, что ты забываешь, где находишься?

– Нет, я не забываюсь. Я хорошо знаю, где я нахожусь и с кем разговариваю. Это вы, возможно, потеряли чувство реальности. Если вы в течение дня не обеспечите нас всем необходимым, мы вынуждены будем поехать в Казань, в Обком партии. Там нас, наверняка, поймут правильно и решат наши бытовые проблемы.

– А ты меня не пугай Казанью, Абрамов, – произнес он, покраснев от напряжения.

Разговор явно не нравился ему и он чувствовал, что начинает терять инициативу.

– Я не пугаю, а лишь предупреждаю, что нам, в отличие от вас, терять нечего. Мы приехали сюда, чтобы помочь крестьянам убрать урожай картофеля, а не мерзнуть по ночам в хлеву.

– У тебя все?

– Да.

– Тогда свободен. К вечеру все будет: кровати и матрасы, мы найдем в пионерском лагере, что-то наподобие печки-буржуйки тоже найдем. Проблему закроем.

– Посмотрим, – сказал Виктор и вышел из кабинета.

Минут через десять на улицу вышел председатель колхоза. Голова его была подозрительно мокрой, словно он был не в райкоме партии, а в бане.

– Поехали обратно. Сейчас я придумаю, как вас накормить.

Они сели в машину и помчались в их деревню.

***

К обеду, как и обещал Первый секретарь райкома, им привезли матрасы не первой свежести. На отдельных из них виднелись желтые пятна с бурыми разводами и две печки-буржуйки. Подъехавший к сараю автобус свозил рабочих в Ленино-Кукушкино, где всех их накормили в столовой. Настроение людей заметно улучшилось. После обеда им выдали вилы, корзины и они направились в поле копать картошку.

– Илья Семенович, а где у вас трактора? – поинтересовался Абрамов у председателя колхоза. – Сейчас вилами, наверняка, уже никто не копает картошку.