— Поскорее разберись с Римом и обстоятельно побеседуй с командирами легионов, а я, как закончу тут, начну давить на сенаторов, — произнёс отец. — Будет очень глупо, если римляне атакуют, а мы будем не готовы.

Примечания:

1 — Перегрин — от лат. peregrinus «чужеземец, странник» — в Древнем Риме это был класс лично свободных чужеземцев, не имеющих римского гражданства. После эдикта Каракаллы, изданного в 212 году, перегрины исчезли как класс, потому что Каракалла дал римское гражданство всем свободным обитателям империи, что сделало разделение «да ты гражданин!» и «ты даже не гражданин!» лишённым какого-либо смысла. Но римляне захотели продолжать делиться на сорта и категории, поэтому на замену деления на граждан и перегринов пришло деление на honestiores и humiliores, то есть на благородных и простолюдинов. В контексте этой главы перегрин используется просто для обозначения чужеземцев, то есть варваров, прибывших с севера за своим кусочком готской мечты…

2 — О римских междусобойчиках — на самом деле, междусобойчики у них особо-то никогда и не прекращались, начавшись в период излёта Республики и восхода Империи. Примерно с Луция Корнелия Суллы, прозванного Счастливым, граждане Рима начали догадываться, что у них не всё слава богу, а прецедент захвата абсолютной власти при молчаливом согласии запуганного большинства успешно состоялся, поэтому было лишь вопросом времени, когда же появится тот, кто повторит успех Суллы. И если в период ранней и классической республики восстания полководцев имели частный характер, то после охреневшего Цезаря, исполнившего номер с Рубиконом, alea iacta est и всё такое, все активные и влиятельные дяди окончательно поняли, что всё, надо действовать, сейчас или никогда. При Цезаре фактически состоялась Гражданская война, но продолжили её участники второго триумвирата, потом настало политическое спокойствие времён Октавиана, можно сказать, политический застой. Застой продолжил Тиберий, а вот уже после него началось. Всё пришло к тому, что начался Кризис Римской империи III века, в ходе которого римляне так навоевались между собой, что аж Эйрих прав и лучше всего против легиона умел воевать только легион. Тогда империя успела разделиться на три куска, затем всосать два других куска обратно, а потом вылез Диоклетиан и установил режим тетрархии, когда государство было разделено между двумя «старшими» августами и двумя «младшими» цезарями. Как на конкурсах в детском садике: «Вы все императоры! А вам, Галерий и Констанций, по шоколадной короне младших императоров!» Мне кажется, все понимали, к чему это приведёт, но задачей было прекратить затянувшийся кризис, поэтому решение всех, вроде как, устроило. Но привело это к гражданским войнам уже в рамках тетрархии, то есть все опять взялись за старое. И ты пойми, император Диоклетиан двадцать лет не был в Риме, потому что в ручном режиме разруливал неурядицы и разногласия по всей империи, а когда вернулся, над его скромными увеселениями для народа, оплаченными в честь прибытия, посмеялись. После такого приёма он бросил всё, рванул в Никомедию, где отказался от власти и до конца своей жизни выращивал капусту. И вот этот кропотливый труд начали херить остальные тетрархи. Впрочем, в этот раз на сцену вылез Константин I, в будущем прозванный Великим, который «Сим победиши» и так далее. При Косте империя вновь стала официально единой, но там тоже запутанная и интересная история. Естественно, военным путём. Потом было некоторое количество более или менее нормальных императоров, а потом явился прямо крутой и непобедимый, Флавий Феодосий I, волевым решением разделивший империю на два куска, восточный и западный, но ты это и сам знаешь. Долгий период кризиса вызвал деградацию техническую и культурную, поэтому легионы стали совсем не те, в чём-то гораздо слабее, чем те, которые оставлял Октавиан, но они всё равно были сильнее любой варварской армии. Легион мутировал и модернизировался в соответствии с вызовами времени и, возможно, с учётом сравнительно жалкого состояния экономики, надорванной столетиями кризиса, его итоговое состояние было единственным возможным. Важно также знать, что легион, до самого конца своего существования что на Западе, что на Востоке, всецело опирался на тактику и битву в строю, причём, как болтают, позднеримские построения были даже плотнее, чем у старых легионов, потому что варвары тоже не стояли на месте, ведь всё это время у них был лучший учитель…