— Серьёзно? — удивился Эйрих.
— Шучу, конечно же! Ха-ха! — рассмеялся Зевта, после чего залпом прикончил кубок с вином. — Ух! Ну и говно! Но мне нравится!
— Побойся Бога! — попросил Эйрих. — Шесть ассов за кувшин! Лучшее фалернское!
— Да-да, — покивал Сауфей.
Эйрих прекрасно знал, что римлянин разбавляет вино. Но делает это в меру, с пониманием.
— Ты вообще, на моей памяти, почти никогда не пил неразбавленное, — нахмурил брови отец. — Видимо, тебе действительно надо убираться из Рима, раз ты начал изменять своим привычкам.
— Ещё пару дней и ты сам начнёшь уговаривать меня уезжать, — усмехнулся Эйрих.
— Сначала разбей узурпатора, а потом уже думай над тем, как будешь спокойно и вольготно жить в той дырке от жопы, — произнёс Зевта. — Аэций, конечно, отрёкся от любых договоров с Константином, но тот и сам не дурак повоевать…
— Разберусь как-нибудь, — ответил на это Эйрих. — Сенат даёт мне четыре легиона — этого хватит с лихвой.
— Ну, посмотрим, — пожал плечами Зевта, после чего поднял кубок. — Ладно, давай, сын, за успех!
— Город склоняется пред тобой, господин, он твой, — встал на колени Кай Инноцент.
На фоне были отлично видны манджаники, приготовленные к обстрелу, а также ровные линии готических когорт.
Кай Инноцент — магистр оффиций узурпатора Константина, поставленный оборонять Бурдигалу, тогда как «император» отступил к Гесориаку, также известному как Галльская Бонония. Отступил он якобы для перегруппировки, но на самом деле из отчаяния.
Ни единого генерального сражения или ожесточённого сопротивления — Эйрих просто шёл по Аквитании и брал города один за другим. То есть, как брал… не оборудованные какими-либо значимыми укреплениями города сдавались сразу, ещё до прибытия его войск, а крупные города сдавались сразу после бегства из них администрации узурпатора.
Вот и Бурдигала, провинциальная столица, сдалась сразу же, как «император» бежал, только заслышав о стремительном продвижении войск Эйриха сразу в пяти направлениях.