Для простых жителей провинций практически ничего не меняется, ведь землю им давать продолжают, но уже не как квиритам, а как союзникам, только вот участие в управлении для них закрыто. В этой инициативе Эйрих никак не участвовал, её продвинули через претора Фритгера сами сенаторы. Обоснованием для необходимости аннулирования гражданства для провинций было желание достичь централизации, утраченной в период загнивания домината. Магистрат будет набираться из граждан центральных регионов, а остальные ещё будут вынуждены заслужить своё гражданство…
Спустя несколько часов ненапряжённого ожидания, из города начал выходить подавленный морально гарнизон. Орудия с башен снимались и обезвреживались, щиты и мечи летели в огромную кучу, растущую у городских врат. Репутация Эйриха бежит далеко впереди него, поэтому уже все на осколках Западной империи знают, что оказание сопротивления будет означать лишь смерть для всех городских нобилей.
— Атавульф, займись принятием обороны города, — приказал Эйрих. — Виссарион, Хрисанф, идите в магистрат и принимайте дела, вы знаете, как действовать. Я навещу вас вечером, а пока — мне нужно отдохнуть.
Они дольше шли сюда…
Зимние квартиры Эйрих решил организовать на базе Дурокортора, исторически недавно разграбленного вандалами. Он уже успел восстановиться, стену подняли на три фута выше, что видно по относительно свежей кладке, но это не спасло горожан от владычества готов.
Власти пытались организовать сопротивление, даже местами соорудили деревянные укрепления, но, как оказалось, горожане провели референдум и сместили действующий курульный совет. А потом случился самосуд, в ходе которого погибла большая часть городских нобилей и, почему-то, племенной знати из фризов и саксов. Последние два племени и так сильно пострадали от войска Флавия Аэция и подмахивающего ему узурпатора Константина, поэтому на местности варварские наделы были представлены очень слабо.
Признавать какие-то права саксов и фризов Эйрих не стал, предложив им кочевать куда-нибудь подальше на восток, потому что эти земли уже давно поделены и распределены в Риме. Салические и рипуарские франки, имеющие готское гражданство, в большинстве своём пожелали вернуться на старые земли, где климат им приятен и вообще, им там как-то привычнее. Разумеется, это всё возможно только при условии восстановления лимесов на Рейне.