Не оттого что у него актёрский «бенефис», который заранее намечается и иногда репетируется. А потому что ему, футболисту, страсть как хорошо на поле любимого стадиона перед родными болельщиками что-то эдакое сотворить. Он и творит с серьёзным до невозможности лицом, сияя при этом внутренним негасимым светом, и каждый возглас, каждый вздох, каждая (вдруг!) пауза трибун отзывается в нём.

А уж когда звенит, переливается, то затухая, то поднимаясь ввысь, мелодия аплодисментов, которая нежданно, в момент может стать громом, молнией и бог ещё знает чем, — тогда проявляются у игрока силы забытые, дремавшие, но не пропадавшие никогда. И неподдельно подступившая усталость уныло уходит с недовольной гримасой, а жажда созидать вновь заполняет его существо. Сам же он становится совершенно неудержим.

Недаром ветераны, выступавшие в 40—50-е, столь радостно в конечном счёте приветствовали появление Фёдора на поле.

«Спартак» после той победы над земляками забил и будущему чемпиону — «Днепру». Это случилось на том же «Динамо» в присутствии уже 45 тысяч зрителей. Причём Черенков открыл счёт после розыгрыша углового ударом с близкого расстояния.

Однако один игрок, несомненно, не в силах обеспечить постоянный командный успех. Формально гости ушли от поражения, забив последними, но Валентин Бубукин заметил в «Футболе-Хоккее», что «в целом игровое преимущество было на стороне гостей, и выражалось оно в командной мощи “Днепра”, постоянном силовом давлении, да ещё возникших по известным причинам слабостях в оборонительных порядках сегодняшнего “Спартака”».

Об уходе Хидиятуллина и последствиях этого ухода говорили в ту пору все. А вот утеря командной мощи чемпионами 1987 года была не столь популярной темой. Хотя ещё 17 августа в «Советском спорте» Юрий Ваньят сообщил о том, что Константин Бесков подал заявление об уходе по болезни. Здоровье главного тренера и впрямь оставляло желать лучшего. Однако чтобы так вот покинуть команду в середине сезона, не дождавшись даже старта еврокубков, — такого не было в многотрудной биографии замечательного наставника.

Это к тому, что «командная мощь» будет там, где жива команда. Коллектив, если кому удобнее. А когда он медленно, незаметно, исподволь исчезает, то ни о какой «мощи» рассуждать не приходится. Теперь сверим числа: Бесков собрался в отставку как раз тогда, когда пошла та нехорошая полоса и терялся контакт с игроками. А тут Черенков со своим бенефисом!

И ведь остался Константин Иванович. Даже забыл о том заявлении (ему напомнят ещё), потому что Фёдор возродил надежду. Или уж точно сделал для этого максимум.