Я уже было спокойно ехал к финишу, когда Монтейру решил повторить маневр Йоса Ферстаппена, которым он выбил меня с трассы несколько лет назад. Ну, я поглядел, машина, вроде бы, была в порядке, поддал газку, но в восьмом повороте вылетел с трассы. Оказывается, пострадал диффузор. Хорошо хоть до подиума добрался, но обидно тогда было до соплей.

Я уже было спокойно ехал к финишу, когда Монтейру решил повторить маневр Йоса Ферстаппена, которым он выбил меня с трассы несколько лет назад. Ну, я поглядел, машина, вроде бы, была в порядке, поддал газку, но в восьмом повороте вылетел с трассы. Оказывается, пострадал диффузор. Хорошо хоть до подиума добрался, но обидно тогда было до соплей.

Уже ничто не могло остановить нашего героя. В Италии на изношенной в конец резине он снова пересек финишную черту первым, а в Бразилии победил с поула. Если бы ему удалось взять такой темп с начала сезона, но… «если бы да кабы» в «Формуле-1», как вы помните, не работает. Последние две гонки Монти откровенно слил: атаковав Вильнёва, разбился в Японии, а в Китае налетел на оторвавшийся люк дренажной системы. McLaren тем временем проиграл битву за Кубок конструкторов, а главным в команде окончательно стал Кими Райкконен.

Если посмотреть объективно, то все было не так уж очевидно. Где-то напарник хорошо ехал, где-то я был шустрее. Когда борешься за титул, важно всегда быть быстрым и чувствовать себя комфортно. А я даже не понял, ладили мы с Кими или нет, ведь он всегда молчал – ходил такой загадочный и молчал, я даже пугался этого поначалу. А еще он лучше знал команду и машину, а я сломал плечо. О чем тут говорить?

Если посмотреть объективно, то все было не так уж очевидно. Где-то напарник хорошо ехал, где-то я был шустрее. Когда борешься за титул, важно всегда быть быстрым и чувствовать себя комфортно. А я даже не понял, ладили мы с Кими или нет, ведь он всегда молчал – ходил такой загадочный и молчал, я даже пугался этого поначалу. А еще он лучше знал команду и машину, а я сломал плечо. О чем тут говорить?

После такого начала, падения «красной империи» и явно наметившегося прогресса все в McLaren были в предвкушении. Многих вдохновлял бескомпромиссный стиль Монти, его буквально боготворили, и если бы колумбийцы могли надеть оранжевые футболки и приехать всей страной в Европу, мы бы увидели примерно то же, что происходит сейчас в случае с Супер Максом.

Только представьте, в 2003 году рейтинг популярности Хуана Пабло Монтойи в Колумбии оказался выше, чем у избранного президента Альваро Урибе. За его победным финишем в Хоккенхайме все того же 2003‐го по телевизору на родине следили 27 миллионов человек, при том что все население страны тогда составляло 40 миллионов, из которых далеко не у всех в принципе был телевизор. Впрочем, тогда (да и сейчас) хватало и тех, кто не признавал таланта дикаря и считал его просто безумным наглецом, этаким «индейцем». Гениальные персонажи во все времена отличались противоречивостью.