Поэзия и драматургия«Спаса кроткого печаль…». Избранная православная лирикастр 36
Светлый фон
Возмущение вчерашним любимцем было огромно. Оно принимало порой комические формы. Так, С. И. Чайкина, очень богатая и ещё более передовая дама, всерьёз называвшая издаваемый ею журнал „Северные записки“ „тараном искусства по царизму“, на пышном приёме в своей гостеприимной квартире истерически рвала рукописи и письма Есенина, визжа: „Отогрели змею! Новый Распутин! Второй Протопопов!“ Тщетно её более сдержанный супруг Я. Л. Сакер уговаривал расходившуюся меценатку не портить здоровья „из-за какого-то ренегата“…»

Необходимо также отметить пророческий характер стихотворения — прозрение молодого поэта о трагической судьбе царевен.

«Нощь и поле, и крик петухов…»

Впервые опубликовано: «Ежемесячный журнал», 1917, № 11/12, нояб. — дек., с. 7. Первоначальная редакция выглядит так:

Серьёзные изменения внёс поэт при подготовке стихотворения для публикации в «Скифах» (сборник 2-й — вероятнее всего, в августе 1917 г.). На этот раз он изменил начало стихотворения. Вместо идиллически-пейзажного «звонкого месяца над синью холмов» появляется намеренно архаизированная строка «Нощь и поле, и звон облаков…», образ иконы в четвёртой строфе («архангельский лик») уходит и возникает во второй строке («С златной тучки глядит Саваоф»), опять-таки в подчёркнуто архаизированном облике.

«звонкого месяца над синью холмов» «Нощь и поле, и звон облаков…» («архангельский лик») («С златной тучки глядит Саваоф

Словесные и образные архаизмы служат тому, чтобы создать ощущение библейской древности и неизменности этого мира.

Правда, уже здесь, в варианте для «Скифов», начинает звучать и другая тема — тема гибели и смерти. Начало четвёртой строфы явственно её вносит:

Но пока это гибель не деревенского мира, а лишь кого-то этому миру причастного. Стремлению передать вечность корневых, глубинных основ деревенского бытия служит и правка, которую автор внёс при подготовке стихотворения для публикации в «Голубень» (1918). Здесь в наборной рукописи в первой строке «звон облаков» он заменил на «крик петухов», что также усилило порождаемые стихотворением библейские ассоциации.

В окончательной редакции стихотворение вошло в сборник «Голубень»: Есенин Сергей Александрович. Собрание стихов и поэм. Том первый, Берлин — Пб. — М., изд. З. И. Гржебина, 1922.

«То не тучи бродят за овином…»

Впервые опубликовано: газета «Новая жизнь», Пг., 1917, 24 декабря.

В дальнейшем вошло в сборник «Голубень».

«Покраснела рябина…»

Впервые опубликовано: газета «Знамя труда», 1917, 30 декабря, № 107.

В дальнейшем вошло в сборник «Голубень».

Вольга — герой русских былин, князь-дружинник или волхв-чародей, встречающийся с крестьянином-пахарем («Вольга и Микула»). Непривычное ударение Во́льга (вместо Вольга́) появилось, возможно, под влиянием северных, олонецких вариантов былин, с которыми был знаком Николай Клюев; в его стихах также встречаются подобные изменения ударений в былинных именах.