Затем вместе мы направились к чёртовому колесу. Я долго раздумывал между ним и Американскими горками, и в итоге всё же выбрал более мирный и романтичный аттракцион. Американские горки, мне казалось, скорее были во вкусе Мураками. Мирай же была более воздушной девушкой, но не совсем, а с изрядной горчинкой.

Разница как между колой и очень крепким кофе, в которое, однако подсыпали сахара и капнули жирных сливок. Не то чтобы девушка была толстая. Наоборот, — сама худоба.

Я помог Мирай забраться в кабинку, сам уселся напротив и завис. Вдруг я понял, что пока мы тут, некому запустить машину. Как чрезвычайно неловко. Я уже подбирал извинения, как вдруг Мирай сказала:

— Это сон…

— ?

— Нам нужно просто пожелать, вспомнить, и всё исполнится…

Просто вспомнить… Что же, попробуем. Я закрыл глаза и представил себе движение, и действительно, не прошло и секунды, как случился толчок, а затем наш вагончик стал медленно подниматься в небеса. Постепенно в окне раскрывался огромный город. Очень давно мне уже доводилось смотреть на него с подобной высоты, — когда я стоял на балкончике отеля. Тогда же я видел и это колесо, где-то вдали.

Интересно, если всё вокруг было произведением моих воспоминаний на пару с воображением, этот вид тоже был своего рода попыткой моего разума представить тот пейзаж задом наперёд?

Я подумывал заговорить об этом с Мирай, но вдруг заметил, что девушка сама очень внимательно выглядывает в окошко. И вид у неё такой зачарованный — глазки раскрыты и сверкают, розовые губки приоткрыты…

Лицо девушки было красивым. Очень. Постепенно его заволокла улыбка. Мирай прошептала:

— Чудесный… Очень чудесный вид.

— Есть такое.

И тишина. Что бы сказал сейчас главный герой?..

Без понятия.

— У тебя чудесные воспоминания.

— Ничего особенного. Просто парк аттракционов.

— …Последний раз, когда я была в таком месте, во сне, меня привязали к вагончику на американских горках и ездили долго-долго…

— …

— Это была пытка.

— Да, я уже понял.