– Претор Эйрих, тебя зовут в деревню! – подъехал гонец. – Пришли какие-то богатые римляне, хотят обсуждать с тобой торговлю!

/20 января 409 года нашей эры, провинция Паннония, деревня Зевты/

Эйрих принимал представителей римских магнатов-латифундистов в бражном доме, специально освобождённом от праздных заседателей в честь особого случая.

– Триста силикв за голову, – произнёс Эйрих.

– Это всего в два раза ниже, чем средняя рыночная цена, – вздохнул глава торговой делегации, Луций Катий.

На вид ему что-то около сорока зим, голова с залысиной, глаза какие-то безразличные, а сам он болезненно тощий. Взгляд у него неприятный, будто хочет обмануть. На самом деле, Эйрих знал, что не «будто».

– Не нравится – ищите себе других поставщиков, наверное, их у вас полно, – усмехнулся Эйрих.

– Так дела не делаются, – покачал головой Катий. – Ты ведь понимаешь, что я представляю очень уважаемого человека, патриция Корнелия Ацилия Александра, владеющего почти половиной всех пахотных земель города Сирмия?

Любому остготу в этих землях плевать на какого-то там Корнелия Ацилия Александра, потому что до сего дня никто о нём слыхом не слыхивал. Эйриху тоже плевать, что за уважаемый человек этот патриций. Потому что это Западная Римская империя, никаких обязательств ненападения на её города Эйрих на себя не возлагал, поэтому благополучие и безопасность Сирмия настолько эфемерные понятия, что кто-то другой бы уже перестал морочить себе голову торгом. Кто-то другой, но не Эйрих.

– Двести пятьдесят, – назвал новую цену Эйрих.

Он понимал, что лучше избавляться от рабов как можно быстрее, потому что зима нынче суровая, пленных приходится хорошо кормить и заботиться об их крове. Расходы это солидные, поэтому лучше не передерживать эту толпу зазря. Но и цену сильно снижать не стоит.

– Сейчас ещё и сезон не тот, – продолжил торговаться Катий. – Вот было бы дело весной, когда посевная, тогда другое дело…

– Ты принимаешь меня за какого-то тупого варвара? – спросил Эйрих. – Посевная будет в начале весны, а до неё остались жалкие два месяца, к которым у вас УЖЕ должны быть рабочие руки. Сейчас самое лучшее время, чтобы купить рабов дёшево. Не принимаю твой аргумент.

Катий недовольно поморщился, будто ему в тарелку вместо фасоли положили овечье дерьмо.

– Ладно, – вздохнул римлянин. – Тут ты меня уел.

– Давай сойдёмся на том, что я получаю двести силикв за голову, но дальше мы не торгуемся? – предложил Эйрих. – Я не люблю торговлю и сейчас занимаюсь этим только потому, что сдуру взял в плен много людей. Если бы не разговор с одним римлянином, я бы не задумываясь пустил всех пленников под нож.