- Ну, надо не надо – это не вам решать, - не пошел на поводу у хозяев Андрей Георгиевич, хотя сказал: - а по хозяйству это трудно.
Хотел было, как всегда, свалить на общину. Это их дело, паразитов! Но потом подумал, что мужики, как стопроцентные бюрократы, все отволокитят. А хозяин замечательный мастер, такого жалко мучить. Решительно вытащил из кармана стопку кредиток, отсчиталприличное количество, громко сказал:
- Михаил Удальцов и его сестра Елена! Вот вам по сорок рублей ассигнациями, даю вам по два дня сроку, чтобы девушка, соответственно, вышла замуж, а молодец женился! Ясно, хозяева?
- Ясно, барин! - хором ответили они. Макурин заметил, что тревога, наконец, оставила их лица, особенно сестру. Красавица, хотя и ничего такого. А вот Михаил зря успокоился. Они еще о его товарах не говорили.
- Теперь об этом! - мотнул он головой на труды хозяина, - слышал мои хозяйственные принципы?
- Слышал, барин, - почему-то не испугался мастер.
«Хозяин – барин, - пожал плечами Макурин, - хотя барин здесь только Я, хе-хе». Прямо спросил:
- Во сколько ты оцениваешь свои товары?
Михаил изрядно помолчал, раздумывая. Если он скажет немного, то и оброк будет небольшой. Но тогда и сам он получит немного. Продавать-то будут через работников помещика. Можно и больше сказать, но тогда оброк увеличат, а вот продадут ли еще?
Осторожно приценился:
- Несколько гривенников, максимум полтинник, барин.
Макурин с ним не согласился:
- Рубль, а то и два, не меньше. И не спорь со мной, мал еще!
Он рявкнул сердито, хотя тот и не пытался говорить. И правильно делал. Попаданец был столичным дворянином в этой жизни, и опытным торговцем в прошлой. Он видел, какой ему попался искусный ремесленник, какие товары он создал. Сам Макурин ни за что не будет продавать их. По крайней мере, из этой серии. Часть оставит у себя, часть подарит знакомым, в первую очередь невесте. И, пожалуй, императору!
А что, - подумал он на деревянный сервиз с вырезанными портретами императорской семьи, - уровень такой, что не только возьмут, но и еще попросят и даже деньги навязывать будут.
Однако, парню надо сегодня авансом дать хоть копеечку дать. Пить – есть тоже необходимо. Опять же дерево, тоже, поди, ворует.
Вот тебе, милый, полтинник серебром, - бросил он на стол два рубля банкнотами, - и не воруй из казенных лесов. Продам в Санкт-Петербурге, потом зачтемся, сколько тебе, сколько мне.
И вышел во двор, не слушая благодарности хозяев. А теперь вот нагрузился на продажу и в подарок. Высокая политика! Изысканная дипломатия!