Не известно, на каком периоде экскурсии монарху было интересно, но сам Макурин отрабатывал на все сто процентов и даже сам увидел то, что никогда не обращал внимание.

Полномасштабную экскурсию поместья с третьего дня для Николая и Ко он начал, конечно же, с участков ржи. Эта культура в первой половине XIX века для тогдашней России означала все. Это и младенец понимал. Так же, как и наиболее большую массу товарного зерна приносит помещичий участок. Исключений было немного.

У него об этом и спросили, буквально ткнули, потребовав привезти к помещичьей земле. Хорошо хоть не император заговорил, а одним из полузнакомых сановников, Макурин, как специально, позабыл его фамилию.

Впрочем, гостям уже было все равно, так их удивил ответ хозяина. Помещичьего участка у него не было вообще, а все товарное зерно и помещику из налогов и государству через рынок получают сами крестьяне.

- Как это? - обалдел немного седой, но в целом крепкий чиновник, - они что же сами все делают? А потом и решать начнут, что им делать и как сеять в поле – рожь или, скажем, пшеницу какую?

Князь Орлов, – а Макурин наконец-то знал его, - негодующе поджал губы. Ему, дворянину в каком-то там поколении, очень коробило возможное равенство с мужиками. И позиция хозяина ему весьма и весьма не нравилась.

Еще полгода назад в таком положении сердце от ужаса стало бы биться через такт. Как же, такой высокий чиновник и против него! Но сейчас по положению у императора он, пожалуй, был ближе. А Орлов известный консерватор и Бог с ним. Ему с ним детей не крестить и бургундское не пить.

- Милостивый государь Алексей Федорович, - нарочито вежливо ответил он Орлову, - мне понятна ваша позиция, но становится на нее я не смогу, потому как я считаю низким дворянину стоять во главе крестьян.

- М-гм, - закашлялся Николай то ли поддерживая, то ли отвергая Макурина. А ведь тот ответил сильно. Если бы он сослался на лень, это тоже бы было принято. Но он подчеркнул, что не дворянское это дело руководить крестьянами. Кажется, святой сделал в целом все правильно, но уж очень жестко. Раздерутся еще. Император поспешил разделить спорщиков: - господа, мне видится, что вы оба зашли слишком далеко. Дворяне в рамках своих поместий, имеют возможность сами создавать свои модели. И, если поместье не разваливается, а, наоборот, развивается, то нечего лезть и критиковать хозяина!

Спорщики замолчали, пытаясь понять, на чьей же стороне оказался монарх. Получалось как-то склизко. С одной стороны, Николай явно не согласился с князем Орловым, но с другой стороны, и Макурину было нечего радоваться, ибо и с ним он никак не соотносился. Вот ведь как!