— Да что её слушать? Только мозги заговаривает! — воскликнул Клен.

— А, может, она права? — выразил сомнение, стоявший за его спиной невысокий широкоплечий мужчина.

— Много вы понимаете. Почему мы должны верить постороннему для нас человеку? — возразил тоненький писклявый голосок.

— Мадам Мария, это вы мало что понимаете. Вы так недавно с нами, что мадам Анжелика по сравнению с вами старожил, — осадила девушку пышная Изольда. — Поэтому лучше помолчите.

Люди загудели как встревоженные пчёлы в улье. Кто-то был на стороне Анжелики, кто-то на стороне Наполеона, но большинство хранило разумный нейтралитет.

— Что же вы предлагаете, господин Наполеон, раз видите все зло во мне? — спросила Анжелика, немного послушав людей. — Вы знаете, что я смогу уйти отсюда не раньше чем через неделю.

Все выжидающе затихли.

— Да, я это знаю, — согласился мужчина. — Но не думаю, что ваш уход поможет нам решить проблему. Сделанного не воротишь. Богу нужна жертва, чтобы отвести от нас его гнев.

— Вы что, хотите меня убить? — Анжелика удивленно вытаращила глаза, чувствуя, как спина покрылась потом, а руки стали противно липкими. — Вам не кажется, что всё слишком далеко зашло?

В зале наступила такая тишина, что тиканье часов больно резало уши.

Через несколько мгновений вперёд выступил Анастасия.

— Клянусь ребёнком, которого я ношу, что я буду препятствовать этому безумию, — грозным голосом произнесла женщина, и стало заметно, как трясутся её руки. — Сначала вам придется убить меня.

— И меня, — повторила Фиалка, вставая рядом.

Следом за ними тут же встали в маленькую кучку еще человек пятнадцать и присоединилась к защитникам.

Клен сделал шаг в сторону от Наполеона, нервно подергивая плечами.

Конфликт дошел до апогея.

— Господа, подождите, — вмешалась Анжелика, пытаясь тянуть время, чтобы найти выход из ситуации. — Давайте выяснять всё до конца. Господин Наполеон, как вы себе всё представляете? Положите меня на жертвенный камень, вскроете вены или размозжите мне голову? А кто же будет палачом? Кто возьмет такой грех на себя? Я вижу, что не все согласны с вами.

— Но нас большинство, — ответил мужчина. — Палач не понадобится. Вы сделаете это сами.

Глаза девушки стали ещё больше.

— Вы сделаете это добровольно или это сделает король, — с пафосом произнес Наполеон, и было заметно, что он упивается своей значимостью.