Парни во все глаза уставились, вылавливая малейшие финты руками и ногами. Они молодцы, схватывают сразу, импровизируют, я их поощряю. Ну что ж, вроде неплохо получается. Подхожу к зеркалу, надо отточить некоторый движняк. Замечаю в отражении Иришку. Стоит чуть в сторонке задумавшись. Явно не в восторге от экзальтированности наших поклонниц. Те и сами танцуют и довольно смело. Будут изображать в зале группу поддержки. Ох, чую нахлобучат мне в этот раз. Но хрен с ним! Свободу свободовыражению!

— Меня в общагу позвали, парни днюху отмечают. Пойдешь со мной?

Ирина неожиданно скуксилась:

— Я есть хочу, даже не обедала сегодня.

Я вздыхаю. Какая она еще местами… невзрослая…

— Сейчас доскочим до кулинарии. Тебя потом домой на такси отправлю. С вахты родителям маякнешь.

Видимо, Ирише нравится мой решительный настрой. Она тут же соглашается, и мы бежим через проспект Ломоносова к ресторану «Двинские хори». Под недовольным взглядом продавщицы мы заваливаемся в кулинарию за пять минут до её закрытия. Но та быстро теплеет от моего изрядного выбора. Хорошая выручка резко повышает вежливость персонала.

— Вот этих котлеток нам, пожалуйста, штук двенадцать и столько же бифштексов. Мясо хоть в них есть?

— Свинина и говядина! Ничего лишнего! — божится продавщица. — Пирожки вот берите, свежие.

— Ир, ты какие любишь?

— С зеленым луком и яйцом. И вот эти рыбные котлетки мне возьми, пожалуйста. Мы их тут уже покупали. Вкусные!

— Так из трески, девушка! Не сомневайтесь. У нас повара хорошие.

А я вот сомневался. Но все равно взял. Продавщица довольна и нам улыбается, быстро упаковывает все в бумажные свертки. Как ловко у нее получается их сворачивать!

— И хлебушка нам подайте, скока влезет в кулек.

— Сок какой-нибудь.

Я вспоминаю про авоську в кармане и киваю:

— Яблочно-виноградный.

Ирина пристально глядела, как я расплачиваюсь, вынимая несколько трешек из толстой пачки премиальных, и уже на улице высказала: