Лагуну же, защищавшую город с севера, патрулировала лёгкая кавалерия из основного лагеря, так как к вечеру лагуна мелела и становилась проходимой.

Благодаря последнему обстоятельству, кстати, наёмники и смогли захватить город быстрой и внезапной ночной атакой, во что римляне не верили, так как о таком маленьком факте не знали, в отличие от наёмников, добывших эту информацию на месте.

Ну и да, постояв так с недельку, Новый Карфаген сдался, не понимая вообще смысла в выдерживании осады, когда у него, очевидно, нет никаких шансов защититься от меня, да и нет никакой надобности в этом.

Так как я, разумеется, предложил им весьма льготные условия, которые обычно не ожидаешь от военачальника, разбившего все твои надежды на успешную оборону, особенно, если ты не в курсе о его небольших трудностях. Они же, естественно, их тут же приняли, влившись в мою греческую империю.

По сути же, я присоединил Новый Карфаген на тех условиях, на каких уже существовали все бывшие полисы Эллады. То есть, я распространил на территорию Нового Карфагена фессалийскую правовую систему, даровал городу муниципальный статус и населению полное гражданство, а также все иные преимущества быть полноправной частью Панэллинского союза.

Что я от этого потерял? Ну, ровным счётом ничего, ведь сделать всё перечисленное итак было в моих планах, так или иначе. Так что да, вышло немного неловко.

Впрочем, не то чтобы я был против подобного исхода. Как-никак, теперь я мог направиться на северо-восток, в сторону Гелике, Акра Левке и других крупных греческих и финикийских поселений, оставленных мною ранее без внимания.

Благо, что последние были буквально в шаговой доступности от моего текущего положения. Что касается Ганнибала, то в тот момент я о нём даже и не думал.

Пожалуй, я лишь сожалел, что не смог взять его в плен, потому как прекрасно понимал, что каких-либо шансов на выживание после подобного сражения у него нет.

Теперь, разумеется, он более не имеет какой-либо военной власти над местными племенами, которым Ганнибал и его родственники, будьте уверены, причинили достаточно вреда.

Принимая во внимание это, а также то, что теперь, очевидно, им более чем стоило как-либо ублажить меня, чтобы облегчить любые дальнейшие дипломатические сношения со мной, эти племена имели сразу два отличных мотива прикончить Ганнибала.

Ну, а так как племён подобных десятки и сотни, а его и без того длинный, сложный и опасный маршрут в Кастулон, родину его жены, единственное надёжное убежище для него в Бетике, лежит через их территории, можно предположить, что кто-нибудь из них да преуспеет в этом.