— А как насчёт мегалодонов? — хмыкнул спецназер, — Тоже ведь одна из самых любимых тем у криптозоологов. И вроде бы, на самом деле находили ведь где-то в Тихом океане белые не окаменевшие зубы. Кажется, и про сто тысяч лет мелькала информация, и чуть ли не про десять, и это не считая ничем не подтверждённых упоминаний про якобы встреченных вполне себе живых или следах их присутствия типа покусанных ими китов.

— Да, попадались подобные упоминания и мне, — подтвердил геолог, — И насчёт якобы замеченных живых, и про нападения на суда, и про выброшенных на берег китов со следами укусов таких размеров, что все достоверно признанные зоологией акулы нервно курят в сторонке. А что до реальных мегалодоньих зубов — да, попадалось и упоминание про поднятые со дна Марианской впадины ихние зубы с датировками один в сто, а другой в двадцать четыре тысячи лет. А самый рекорд — зуб, найденный у берегов Таити, который датируют вообще одиннадцатью тысячами лет. Датировки, конечно, оспаривают, но факт достаточно молодого не окаменевшего состояния этих зубов вполне реален. Существовать устойчивой популяции потомков мегалодона зоология запрещает — на тех глубинах, куда их помещают криптозоологи, им нечем кормиться, а у поверхности, где прокормиться в принципе легче, они неизбежно спалились бы и были бы давно прекрасно известны. Да и зубы свежие находились бы тогда сотнями, а не единицами.

— А когда мегалодону велит вымереть официальная палеонтология? — спросил я его, — Наверняка же многократно раньше?

— В районе рубежа плиоцена и плейстоцена. От трёх до полутора миллионов лет назад, так что любая находка моложе полутора миллионов лет — уже аномальная. Старше этих дат зубы попадаются во вполне товарных количествах, между ними намного реже и тоже окаменевшие, а моложе — единичные аномальные находки, вызывающие скандал.

— То бишь не велено наукой пережить весь плейстоцен и дожить аж до голоцена живому и трезвому мегалодону, — резюмировал я, — Но отдельные особо несознательные экземпляры зоологов не слушаются и хулиганским образом отмечаются в нашем голоцене в единичных количествах. Их устойчивой популяции в нашей реальности зоология быть запрещает, а значит, появляться в ней они могут только из какой-то параллельной, где они вполне обычны. Опять же, явно через аномальные дыры. И заметь, Артар, с мегалодонами тут уже не тысячи лет разницы во времени набегает, а минимум полтора миллиона.

— А не могли они в какой-то параллельной реальности дожить до голоцена?

— Исключено, — отрезал Серёга, — Охлаждение океанов, уход добычи в холодные воды, сокращение площади шельфовых морей, где он обитал, во время оледенений из-за снижения уровня океана, появление косаток и захват экологической ниши его молодняка большой белой не оставили мегалодону никаких шансов уцелеть.