— Встать! Смирно! — неожиданно орёт дежурная.

«Не, ну воще щас — личное время». — недовольно думаю я, вставая вместе со всеми. — «Кого господь принёс? Блин, НаБом! Похоже, аджума выпроводила всех гостей и для меня настало долгожданное время расплаты за яркое, но не согласованное с руководством выступление. Если чё, — пригрожу пожаловаться в американское посольство!»

Однако начальница, не торопится спускать «всех собак». Встала, уставившись, словно желая увидеть на мне нечто инородное. То ли хвост, то ли крылья… Её позу и выражение лица точь-в-точь копируют заместительница и три охранницы, «прилетевшие» следом.

«Взглядами, что ли, удушить хотят?» — думаю я. — «Чтобы следов не оставить?».

Между тем, игра в «гляделки» затягивается. Настолько, что уже начинаю волноваться. В голову закрадывается мысль — «может, случилось чего с кем-то из близких? Не знает, как сказать?»

— ЮнМи, ты знаешь последние новости? — наконец, открыв рот, спрашивает самчанин.

— Насколько «последние»? — уточняю я и решив не нервировать человека, который, похоже, чем-то огорчён, просто отвечаю. — Нет, госпожа.

— Только что сообщили, что господин Ли ДжонХён покончил с собой!

Девчонки вокруг испуганно ахают, а я облегчённо мысленно выдыхаю — «Мимо пролетело!»

Сообщив новость, НаБом просто впивается в меня взглядом. Молчу. Жду, — чего ей надо?

— Ничего не хочешь сказать? — интересуется начальница.

Почему бы и нет, особенно если это будет то, чего никто не любит? Правда, только правда и ничего, кроме правды…

— Обычно в предпраздничные и праздничные дни у айдолов очень много работы, самчанин. — пожав плечами, говорю я. — Наверное, госпожа АйЮ была занята. Деньги зарабатывала. Не до друзей было…

Реакцией на мои слова становится дружный длинный вздох всех присутствующих и последовавшая за ним тишина.

Двенадцатый лепесток унесён ветром…