Люди и несколько камер поворачиваются и смотрят на мужчину, о котором сказала ЮнМи. Тот молча продолжает сидеть. На лице у него небольшая растерянность.

— На самом деле я — это лучшее из всего случившегося за всю историю корейской музыки и литературы. — говорит ЮнМи. — Непонятно почему, но мои соотечественники категорически отказываются признавать данный факт. Более того. Последнее время у меня возникло подозрение, что они будут рады, если им удастся меня уничтожить. Поэтому я прибегаю к единственному оставшемуся шансу в надежде на спасение.

— Господин Уилкинс, — произносит она, повернувшись к атташе по культуре. — Я знаю, что Америка задаёт высокие стандарты в области защиты прав, свобод, физического здоровья несовершеннолетних. И все страны мира равняются на эти стандарты. Это так?

— Да. — наклонив голову, важно подтверждает тот. — Всё так.

— Пользуясь счастливой случайностью вашего присутствия, прошу у вас, как представителя Американского правительства, защиты!

Оу-уу!! — изумлённо подрывается зал.

— Объясните моему правительству, что обращаться с несовершеннолетними девушками так, как это оно сделало, — нельзя! — блестя глазами, возмущённо продолжает ЮнМи. — Это недопустимо для страны, которая претендует на название «демократическая»!

Американец выглядит удивлённым. Похоже, он никак не ожидал подобной просьбы.

— Простите, госпожа ЮнМи, но ваши слова не укладываются в голове. Нет ли в них преувеличения, вызванного вашими эмоциями?

— «Преувеличения»?! — восклицает в ответ та. — Вам нужны доказательства? Посмотрите собственными глазами!

ЮнМи вытягивает руку с зажатой в ней золотой ракетой, показывая в зал.

— Сегодня мне вручили две награды, которые Корея никогда не получала в своей истории! Думаете, к моим родным проявили уважение? Как бы не так! Им не нашлось места в зоне VIP! Их посадили с краю, откуда плохо видно! Как понять такое? Постоянное пренебрежение и продуманное целенаправленное унижение, вот что это такое!

Уилкинс, как и все сидящие на скамейках, поворачиваются в ту сторону, куда указывает «Хьюго» и обнаруживают маму и СунОк, скромно сидящих практически совсем у края зрительских мест. Мама вытирает слёзы платком, её старшая дочь прижимается к ней, стараясь успокоить. Видеокамеры иностранных агентств, развернувшись, снимают семью номинантки-скандалистки крупным планом. Некоторые взрослые, пришедшие на концерт, фотографируют их на свои телефоны. От неожиданного внимания лицо СунОк становится ярко-красным.