Приглашённые не верят открывшейся правде.
— А после армия меня ещё и обворовала! Контрразведка забрала у меня телефон с новыми песнями и передала его агентству! Не знаю, была ли эта коррупция или просто глупость, но теперь «FAN Entertainment» зарабатывает на них, не платя мне за это ни воны!
Над скамейками усиливается недовольно-недоверчивый ропот. Уже многие снимают разгневанную девушку на телефоны.
— Я не была готова к воинской службе. — ЮнМи повторяет уже сказанное ранее. — Ни морально, ни физически. Но я старалась соответствовать, считая себя патриоткой. В результате, от эмоционального и физического перенапряжения, у меня произошёл психологический срыв, в острый момент которого я пыталась покончить с собой…
Наступает тишина.
— Думаете, армия сделала попытку оказать мне помощь? Поместить в госпиталь, провести курс восстановительной терапии? Как бы не так! Люди в погонах обвинили меня в дезертирстве и посадили в тюрьму! Похоже, они сделали то, что им было проще всего! Считаю так, поскольку суд оказался мерзким фарсом. Всё было решено заранее. Мне задали всего один вопрос, после чего сказали — виновна! И вот теперь я должна провести в тюрьме целых пять лет! Хотя до сих пор не смогла вспомнить, где была в те несколько дней!
ЮнМи переводит дух в гнетущей тишине. В воздухе слышно лишь слабый звук работающих видеокамер.
— Не знаю, почему армия, выкинула меня словно ненужную вещь, хотя продолжает использовать мои песни. Впрочем, так поступает не только она. То же самое сделали моё агентство и даже правительство. Все хотят пользоваться результатами моего труда, но при этом никто не считает себя чем-то обязанным. Например, — присутствующий здесь заместитель министра культуры. Когда какая-то мутная организация с названием «КЕМА», без каких-либо на то оснований, без решения суда о признании меня виновной, просто взяла и запретила мне работать, министерство не обратило на это абсолютно никакого внимания! Ни малейшего внимания на тот факт, что из отрасли просто-напросто вышвырнули первую в истории Кореи номинантку «Грэмми». И поступили так по чьей-то