Вот кого я не ожидал увидеть в кабинете Сталина, так это айр-маршала Ли-Мэллори. Кроме него и самого Сталина здесь же присутствовали нарком иностранных дел Молотов, нарком внутренних дел Берия и посол Великобритании в СССР Арчибальд Керр. Ну и, как я понял, переводчик и фотограф. Хотя переводчик это, скорее, для тех же англичан и Берии. Во всяком случае, как я узнал ещё там, в будущем, Сталин довольно не плохо знал английский, хотя и не подавал вида, и это знание во время переговоров с союзниками давало ему некоторую фору во времени, чтобы обдумать сказанное. Не ожидал я и того, что произошло после моего доклада о прибытии и взаимных приветствий.

— Сэр!— начал Ли-Мэллори,— Я здесь нахожусь по поручению Её Королевского Высочества принцессы Елизаветы. Её Королевское Высочество выразила сожаление, что такой прославленный рыцарь-воин не имеет своего рыцарского меча и поэтому, в знак признания Ваших воинских заслуг, она поручила мне вручить Вам, сэр рыцарь Копьёв, этот меч,— из-за его плеча вышел посол Керр, держа в руках продолговатый предмет, завёрнутый в красный бархат. Айр-маршал бережно принял его у посла и, развернув, с лёгким поклоном вручил мне меч в ножнах.

В этот момент я, что называется, подвис. Вот никак не ожидал я такого алаверды от английской принцессы. Однако не принять нельзя. Это уже дело государственное. Поэтому со всем возможным почтением беру в руки меч. А ничего так подарочек. Вынимаю его из ножен. На отполированном до зеркального блеска обоюдоостром лезвии, длиной чуть меньше метра, с обеих сторон гравировка. " Храброму рыцарю, отважному лётчику-истребителю, гвардии майору Красной Армии Копьёву в знак признания его воинских заслуг от принцессы Елизаветы". С одной стороны на русском, а с другой стороны на английском языках. Я приложился губами к клинку и вернул его в ножны.

— Сэр айр-маршал!— обратился я к Ли-Мэллори,— Прошу Вас передать Её Высочеству, что этот меч будет обращён исключительно против нашего общего врага и любых других сил зла.

После недолгих обменов любезностями англичане с фотографом откланялись и мы остались в кабинете одни.

— Видал, Лаврентий, какие у нас орлы,— Сталин кивнул в мою сторону,— Он там в Англии уже с принцессой умудрился познакомиться, что она ему такие подарки шлёт.

— Может ты, майор, рановато женился?— Берия, видимо, тоже решил поддержать шуточный тон хозяина кабинета,— А то так бы с английским королём породнился.

— Я свою жену и дочку, товарищ Берия, и на тысячу их принцесс не променяю, тем более, что я ни одной в глаза не видел,— ответил я серьёзно.