Миара нервно дернула плечом.

- Возможно, я вовсе ошибаюсь, но… Карраго как-то упомянул, что Древние обладали удивительными способностями. Но это тоже могло быть случайностью. Кто не задумывался о том, что у них было? У Древних? Он пытался меня привлечь, но тогда отец счел меня слишком ценной. И запретил.

Она посмотрела на Винченцо.

- Ешь.

- И ты.

- Я уже.

- Еще ешь, - он подвинул поднос. Помимо мяса на нем нашлось место хлебу, сыру и паре слегка мятых яблок. – Ты выглядишь истощенной.

- Кто бы говорил, - она вцепилась в яблоки. – Карраго пытался меня купить. То есть, взять в жены. И знаю, что отец думал над его предложением. Долго.

- Но отказал.

- Ему обещали нового целителя. Обученного. Взамен меня. И одного из моих будущих детей.

- Он отказал, - жестче повторил Винченцо.

- А Карраго в достаточной степени самолюбив, чтобы запомнить…

- Если ты думаешь, что все вот это – ради тебя, боюсь тебя огорчить.

Кривоватая усмешка. И грязь на щеке, то ли засохшей крови пятно, то ли сажи.

- Не огорчишь. Я сама понимаю. Я – скорее возможность. И дополнительная выгода. Но… что им на самом деле нужно? Думал?

- Думал, - признался Винченцо. – Девочка уверена, что барон нужен. Вернее, его кровь. Хотя тоже не понятно. Он обычный человек. Да, со слабым даром, который спит. Но если и пробудить, то все равно… затевать вот это? Регалии? Они приняли мальчишку, но… толку? Что они могут?

- Возможно, что-то и могут, - она оставила надкушенное яблоко. – В любом случае, нам есть у кого спросить. Надо лишь дождаться, когда эта сволочь появится. Спорим, дня через три-четыре?

- Почему?

- Если он начал эту эпидемию, то он, возможно, знает, как её прекратить. А люди, которым дадут надежду… они все сделают.

И это пугало.