Под ногами с визгом метнулась крыса, которая исчезла в каменной трещине.

Камеры остались позади.

Комнатушка, где обреталась стража, была пуста. В ней пахло плесенью и еще дерьмом, потому как кто-то навалил кучу прямо у стойки с оружием.

Оружия вот не было.

И людей.

- Кыш! – барон попытался пнуть крысу, но та увернулась.

- Не стоит, - тихо произнес Ирграм. – Крысы часто больны.

- Думаешь, нам стоит бояться крысиных болезней? – хмыкнул мальчишка.

Упрям.

И хочет властвовать, хотя бы здесь, потому как пусть и барон, но не настолько глуп, чтобы поверить, будто титул его что-то да значит.

- Думаю, что не стоит искать беды.

Девчонка кивнула. И за руку барона взяла, вроде как в поисках опоры.

- Дальше, - сказала она.

- Что? А… да, дальше… так вот, я эту карту взял. Звать никого не стал, потому как дела рода и все такое. Думал, что Даг со мной пойдет, но нет. Ждал, ждал и пошел сам. В ход какой-то… а он меня и запер. Я там два дня просидел. В погребе с морковкой. Потом рабы нашли уже… и отец выпорол.

Ирграм бы тоже выпорол. Не за погреб, а за дурость.

А потом еще раз. Для усвоения науки.

Камеру он отыскал быстро. И камень нужный почуял. Запоздало спохватился, что хорошо, что мальчишка здесь. Ход ведь на кровь заклят.

Кровью тот поделился спокойно.

А Ирграм вдруг понял, что запах этой крови больше не вызывает приливов слюны. Стало быть, мешекская императрица, чтоб её, и вправду его изменила.

Радости он не ощутил.