Размер схожий.

Линии вот ломаные, будто кто-то взял и нацарапал иглой детский рисунок. Одни чуть более вдавленные, чем другие. А главное, чем больше смотришь, тем сильнее тянет потрогать.

Убедиться, что металл на самом деле гладкий.

Холодный или…

Дикарь заворчал. И Миха очнулся, а заодно отступил на всякий случай.

- Погоди, - Карраго задумчиво переводил взгляд с одной пластины на другую. – Они разные…

- Найди десять отличий.

- Что?

- У нас… такие книги. Для детей. С рисунками, которые на первый взгляд одинаковы, но нужно найти отличия. Десять.

- А… интересная практика. Весьма. Но тут рисунки идентичны. Разница скорее в энергетике… этот вот, - он указал на тот, что был оставлен упырем. – Слабый. А вот тот словно… словно дыра? Тьма? Истинно темная энергия?

- Алеф?

- Не думаю. Зачем ему?

- Понятия не имею, - Винченцо закрыл глаза и вытянул руку. Он подержал её над первой пластиной, затем над второй. – Да. Эта тянет силу много интенсивней.

- Нет. Не думаю, что это Алеф, к тому же его смерть освободила бы от клятв, ему принесенных.

- А письмо баронессе прислали после его смерти, - напомнил Миха.

- Именно… именно… тут другое интересно, - Карраго перехватил руку Винченцо и повернулся к упырю. – Бери их.

- Что? – тот даже застыл. – Обе?

- Они ведь тебе нравятся, верно?

- Д-да…

- Сильно?