Миха

- Ну вот… а сидеть там совсем… ну не мог я там смотреть! Не мог! Я знаю, что барон и все такое… что должен и пример подавать. Но она же умирала! – мальчишка втянул голову в плечи. – А Ица сказала, что случилось чего-то… что смертью запахло. Сильно.

Миха даже предположил, откуда взялся тот самый запах смерти.

- Мы и пошли… видели, как мертвецов выносят. А потом в подвал. Она позвала. А там он вот…

Упырь выглядел примерно так, как и подобает истинному упырю. Разве что от солнца не прятался, наоборот, бочком, бочком, а подобрался поближе к окошку. Даже выглянул осторожненько.

Невысокий.

Сгорбленный какой-то. Ощущение, что голова ушла в плечи. Макушка лысая, сама кожа какая-то буроватая или сероватая, словно пылью припорошенная.

Черты лица сглажены. Нос почти исчез, а вот пара ноздрей, прикрытых пленкой, осталась. И пленка эта то исчезает, то закрывает ноздри.

Безгубый рот.

Длинные руки, которые почти касаются земли.

В общем, еще та девичья мечта.

А тварь, подобравшаяся к нему, и того краше.

- Ица его убить хотела, но он сказал, что знает, отчего болезнь.

Интересные новости.

- У него еще пластинка есть. И стало быть, вторую искать полезли.

Ну да, подростковое желание спасти мир здравым смыслом не перешибешь. Позвать кого-нибудь? Сказать кому-нибудь?

Это слишком сложно.

Долго.

И вообще куда там взрослым что понимать в спасении мира.

- В подземелья. Там еще ход есть, от камеры… а внизу крысы. Сперва одна, потом много… ну совсем много, - мальчишку передернуло.