В задумчивости разворачиваюсь спиною к полкам, которые уже прошёл, чтобы посмотреть другой товар. Обнаруживаю, что новый стеллаж посвящён вино-водочными изделиями.

Никто! — констатирую я, не найдя в своём окружении никого, способного стать поручителем в данном деле. — Да, у меня доброе сердце, но это не значит, что на нём можно ехать, пока оно не «склеит ласты». Если я, чужой здесь человек, кинусь спасать девчонку, которую свои же и доведут до суицида, — во что мне это станет? Во-первых, придётся нарушить обещание — никогда не работать с корейцами. Во-вторых, — неизвестно, выйдет что из этого, или нет, но в любом случае, на меня «повесят всех собак», так как будет исключительно моей затеей. И в-третьих, значит я опять застреваю в этой Корее, которую собирался покинуть! Если уеду, я ведь тогда не смогу участвовать в судьбе ХаРы! Да будь проклят этот «второй шанс»!

На глаза попадается винная бутылка с вытянутым горлышком, делающим её очень похожим на гранату. Делаю шаг к полке, смыкаю пальцы на бутылкином вершке.

Разворачиваюсь к витринному окну, делаю большой замах и со всех сил зашвыриваю в него ёмкость.

Бабах!

Мой снаряд с грохотом взрывается посредине стекла, разбрасывая во все стороны мелкие осколки и заливая его вином.

Хочу быть богатым! — восклицаю я про себя.

Обернувшись, — хватаю следующую бутылку и отправляю её вслед за первой.

Бабах!

Хочу быть свободным!

Бабах!

За банан в Инчхоне!

Бабах!

Откуда-то слышится испуганный женский визг.

За мои «бубенчики»!

Бабах!

— ЮнМи, что ты делаешь⁈ — испуганно кричит за моею спиною ЁнЭ. — Остановись!