— Простите, а могу я узнать, с кем имею честь говорить? — Архипова явно смущал мой молодой вид.

— Я — командир отряда специального назначения Шершень. Это позывной. Заслужите доверие, узнаете все остальное. Рядом со мной — комиссар отряда, полковой комиссар Богданов. Вам этого достаточно? Если да, то можете приступить к выполнению поставленной перед вами задачи.

Архипов четко повернулся кругом и вышел из кабинета.

— Пойду-ка я проконтролирую. — Богданов надел фуражку и вышел следом.

С улицы раздавались команды. Генерал-майор Архипов приступил к исполнению своих обязанностей. Вскоре первая сформированная рота в сопровождении трех бойцов в камуфляже вышла за ворота лагеря. Чуть раньше из лагеря выехал грузовик, в кузове которого сидели летчики.

Оставив Богданова заниматься бывшими пленными, выехал на КШМ на склады. М-да, вот где повезло так повезло. Склады, что называется, были забиты под завязку. Тут было все. Реально все! Стрелковое вооружение, боеприпасы, обмундирование, продовольствие. Прямо пещера Аладдина. Часть бойцов уже успела переодеться и теперь повязывали друг другу на правое предплечье белые повязки, сделанные из разорванных простыней. Другая часть сидела за столом под большим навесом и усиленно работала ложками. На раздаче возле больших котлов орудовал черпаком довольно упитанный немец, который каждому подходившему к нему за порцией советскому бойцу говорил с угодливой улыбкой на лице: «Битте». Помогали ему еще четверо немцев, которые суетились возле печи, устроенной прямо на улице, и готовили, по-видимому, добавку для следующей партии обедающих.

— Не напортачат? — спросил я подошедшего начальника штаба майора Пархоменко. — Не потравят нам людей?

— Нет, — майор усмехнулся, — мы им пообещали, что не тронем и отпустим. А чтобы дурных мыслей не возникало, свозили в лагерь и показали, что с ними может быть. Вид сидящих на кольях эсэсовцев им мозги хорошо прочистил. Так что тут все в порядке.

— Ну а что у нас с трофеями? — спросил я уже откровенно лыбящегося Пархоменко.

С трофеями оказалось более чем хорошо. Помимо склада, забитого всем, что только можно представить, нам достались эшелон с ротой средних танков, а это четырнадцать единиц Pz. IV и пять штук Pz. II, эшелон с двадцатью четырьмя легкими полевыми гаубицами 10,5 cm leFH 18/40, батареей из десяти реактивных минометов «Nebelwerfer 41» и колесно-гусеничными транспортерами к ним. Все остальное, что было на станции, сгорело в огне бензинового пламени. Судя по всему, в том же огне сгорел в полном составе немецкий пехотный полк, ехавший в вагонах на фронт.