От таких слов спина мгновенно взмокла, и, похоже, что удивились практически все присутствующие. Мы же с Грешником снова переглянулись, но ничего не произнесли, продолжая внимательно слушать о том, чем еще нас порадует разведбатовец.

— Да, да! Чего вы так удивились?! — Зерг провел указательным пальцем по своей верхней губе, устраняя набежавшую из носа кровь. — Не так уж и много хороших медиков в Старом…. Поверьте…, мне нет никакого смысла распространять информацию о том, что к нападению причастен Собор!.. Нет, ну, сами посудите…, это же будет поводом к войне, а мне это…, ну, совсем уж не выгодно!.. Мало того, что жопу свою под пули подставлять…, так еще и о торговле забыть придется! — стиснув зубы, разведбатовец шаркнул по своей шее ребром ладони. — Мне этот коммунизм вот где!

— Ну, ты нам сейчас песенки‑то напоешь… — зло оскалился Грешник и, заметно нервничая, привстал.

— Согласен… — выразил я солидарность с другом. — Нет никаких гарантий, что ты нам мозги сейчас не пудришь!

— Так и у меня нет гарантий, что вы мне башку не разнесете!.. — Зерг усмехнулся и, покачав головой, благосклонно добавил. — Остается только поверить!.. Вам нужна информация…, так?! Меняю ее на свою жизнь и даю слово, что никто о причастности Старого не узнает!.. Конечно, освободив меня, некоторые из вас в любом случае попадут в мой личный список первостепенных врагов! Я буду искать каждого и, уверен, непременно найду, но! — он поднял указательный палец вверх, предотвращая попытку высказаться в свой адрес. — У вас есть невероятный шанс исключить подобное, вернув мне уничтоженную бронетехнику и…, — на миг задумался комбат, — а, пожалуй, по тысяче старков за каждого убитого бойца, и мы в расчете!.. Ну, как? Идет?!

— А может, тебе еще и в газетку завернуть?! — возмущенно прохрипел Грешник и вынул из кобуры пистолет. — Валим его к херам собачьим, да и все!

Грешник быстрым движением передернул затвор и направил оружие пленнику в лицо. Тот, в свою очередь, ни чуточку не испугался и, продолжая улыбаться, немного вытянулся, прижимаясь своим лбом к отверстию ствола.

И вправду, орешек‑то нам попался крепкий. Можно, конечно, все‑таки организовать для него определенную экзекуцию с лишением нескольких частей тела. В присутствии доктора так это вообще не проблема, но… Черт! Поможет ли это? Да и не звери мы, в конце концов! Хладнокровно убить это одно, а вот мучить жертву перед этим — вообще ни в какие ворота….

— Успокойся! — прикоснулся я ладонью к пистолету друга, уводя его руку в сторону, а затем повернулся к остальным. — Ребята, разговор есть! Давайте выйдем!..