— Вы сами разговаривали с генералом? — спросила Перес, не удержавшись. — Он отдал вам приказ?

— Нет, не говорил. Но он поступил по надлежащим каналам. Я не могу просто нарушить приказ начальства. Он поступил прямо из Лансинга.

— Они полагаются на ошибочную информацию. Генерал невменяем. По данным нашей разведки, он даже не настоящий генерал. Уже нет. Много лет назад его с позором уволили. После Краха губернатор Даффилд назначил его своим советником по безопасности.

— У вас есть внутренний источник?

Ханна кивнула.

— Мне нужно поговорить с ними. Немедленно.

— Мне жаль, но это невозможно. Он внедрен в ближний круг Генерала. Лиам поддерживал с ним контакт, но Лиам сейчас под стражей у Генерала.

Майор прошелся по узкой комнате. Его рот сжался в тонкую линию.

— Мне нужно подумать об этом.

— Времени нет! — воскликнула Перес.

Ханна сжала ее руку. Со спокойствием, которого сама не ощущала, она сказала:

— Прямо сейчас небольшая группа граждан предпринимает последнюю попытку выстоять. Они не надеются пережить эту ночь, но все равно будут сражаться, в отчаянной надежде защитить то, что они любят больше всего.

Она вздохнула.

— Американские солдаты, которые ничего не подозревают, собираются убивать невинных гражданских лиц. В то время как реальная угроза — Синдикат — угрожает всем нам.

Гамильтон колебался.

— Мой приказ…

— Тебе приказано. Но ты же понимаешь, что правильно, а что нет.

Он посмотрел прямо на нее.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Жители Фолк-Крика будут защищаться. Но они проиграют. Ни у кого из нас нет связей, влияния или полномочий, чтобы вмешаться. У тебя есть. Если мы ничего не сделаем, будет кровавая бойня. Хорошие люди погибнут с обеих сторон.