«Веселись, Аркадий, гром-труба!..»

Но веселиться ему не пришлось.

Ленка Лисицына внезапно ошарашила его.

— Аркадий! Ты знаешь новость? — воскликнула она.

— Н-новость?..

— Женька Румянцева оформилась секретаршей к господину бургомистру — какое событие! Я восхищена ею! Почти весь класс наш лоялен!..

— Секретаршей к бургомистру?.. — переспросил Аркадий.

— Да, да! Ты не представляешь, с какой радостью я ее поздравила! К-как она мила! К-как дальновидна! И… и… — Ленка задыхалась от радости. — И самое главное… — она перешла на восторженный свистящий шепот. — Самое главное — господин бургомистр к ней… — шепот стал еще восторженнее, — сердечно расположен!

Пока Ленка изливала свой восторг, Аркадий оправился от изумления и, когда Ленка выдохлась, сказал с усмешкой:

— Ты хоть в полиции служишь, а новости узнаешь в последнюю очередь. О том, что Копецкий расположен к Румянцевой…. да и не только он, а и Герман Генрихович тоже, я знал еще осенью прошлого года.

— Да-а? — протянула Ленка.

А в голове потрясенного Аркадия неслись мысли:

«Женька — секретарша бургомистра! Женька Румянцева — секретарша бургомистра! Зачем? С какой целью? Послали или сама пошла?..»

Не доверять Женьке, думать о ней плохо Аркадий не мог. Но слишком неожиданным было известие.

Еще одна мысль — счастливая, смелая — мелькнула вдруг у него, но голос Дороша смял ее, не дал развиться, окрепнуть.

— Юков, это ты?.. Зайди-ка.

Аркадий вошел в кабинет. Дорош скользнул по Юкову взглядом и поспешно отвел глаза..

Аркадий понял: что-то случилось.

— Случилось несчастье, — сказал Дорош. — Только спокойно. Лопни, но держи фасон. Убит твой отец.

Побледневший Аркадий, ни слова не говоря, опустил голову и закрыл лицо ладонями.