Когда король Конфетьер открыл своей сестре, как страстно хочется ему обзавестись бриллиантами, королева, у которой не было ничего, кроме драгоценностей, доставшихся ей по наследству от бабушки, принцессы Саксен-Кобурской, да к тому же очень скверно оправленных, так вот, добрая королева, хоть ей и стукнуло уже сорок четыре года, чуть не умерла от радости, и, увидев это, Её Высочество предложила тайком купить поддельные бриллианты, которые называются стразами. Эти белые камешки находят на берегах Рейна, а парижские мастера так ловко их гранят и полируют, что они делаются похожи на настоящие алмазы. Надо было очень близко подойти к тому, кто их носит, чтобы распознать разницу между стразами и настоящими камнями. Потому не было нужды бояться, что короля и королеву заподозрят в том, что они владеют всего лишь поддельными бриллиантами, ибо согласно строгому дворцовому этикету никто, кроме разве что иноземного государя, не мог приблизиться к Их Величествам и не мог разглядеть подделку. Что до искушённых ювелиров, то хотя их в стране было совсем мало, принцесса Безызъяна предложила на время их изгнать, сославшись на государственную безопасность. Королю эта мера пришлась не по вкусу, ведь она отдавала произволом, а Конфетьер уже при жизни был признан самым благородным и справедливым королём на свете, и это подтвердили даже самые строгие историки. Он всегда держал своё слово, правда, старался говорить поменьше и пореже.

Король долго колебался, прежде чем одобрить замысел своей сестры, то ли оттого, что, в отличие от других королей, не хотел никого обманывать, то ли от предчувствия, что его королевской совести не будет покоя, если он выдаст поддельные бриллианты короны за настоящие, зная, что это не так. Будучи государем набожным и воспитанным в добронравии, он обратился к своему исповеднику и к главному духовнику страны, спросив их, не будет ли грехом заставить своего ближнего, пусть даже народ свой, поверить, что стразы – это бриллианты. На это исповедник, которому королева Матакена обещала отдать освободившееся в провинции Роза-и-Компот епископство и который обеими руками королеву поддерживал, ответил Его Величеству Конфетьеру Двадцать Четвёртому, что, поскольку в душе король намеревается по мере того, как позволят финансы королевства, заменить поддельные камни настоящими, в том нет и не может быть никакого греха, ибо всё это делается для блага народа, для того, чтобы не раздавить его непомерными налогами; что Господь примет это во внимание и вознаградит его; что другие государи по политическим мотивам заставляют свои народы верить в куда большую ложь; что к тому же как хозяин своего королевства он может издать указ, который назначит стразам цену, во много раз превышающую цену на настоящие бриллианты, запретит их ввоз или обложит огромной пошлиной, отчего стоимость стразов короны взлетит на недосягаемую высоту. Выдав их за контрабандные, он и сам обогатится.