— Ирина, слышишь меня? — повернув голову к третьему ряду спортсменок, кричу я Шаниной.

Ирина посмотрела на меня, кивнула. Глаз её я не вижу — они за солнцезащитными очками. Да, почти все спортсменки сейчас в очках, и я тоже. Солнышко-то яркое, снег так и слепит. Снимешь очки — глазам больно становится.

— Мендич здесь! — говорю я. — Видела её?

— Нет, — мотает головой Ирина. — Получается, вышла на старт всё-таки?

— Да, вышла! — отвечаю я. — Значит, нормально всё с нею. Травма, наверное, пустяковая оказалась.

— Возможно, — соглашается Ирина.

Стоящие рядом с нами лыжницы на нас покосились, словно пытаются понять, о чём мы переговариваемся. Неудобно вот так, через несколько спин, перекрикиваться.

— Ладо, после поговорим! — кричу я.

Ирина вновь кивнула.

На электронном хронометре обратный отсчёт до старта пошёл уже на секунды. Всё! Отставить все разговоры и посторонние мысли, думать только о предстоящей гонке. Вот-вот начнётся.

Тридцатисекундная готовность!

Покрепче ухватываю рукоятки палок, в последний раз проверяю скольжение лыж. Порядок! Никаких помех для передвижения. Лыжи готовы рвануть вперёд в любой момент.

Пятнадцать секунд!

Все спортсменки напряглись, как струны, как тугая тетива на луке. Замерли в предстартовой позиции.

Десять секунд!

Быстрым движением смахиваю со стёкол очков налипшие снежинки. Глубоко воткнула палки в снег. Мощный стартовый рывок — вот что главное для меня сейчас. В самую первую секунду гонки отвоевать драгоценные сантиметры, чтобы никто из соперниц не успел перекрестить мне траекторию.

Пять секунд!

Я затаила дыхание.

Четыре!

Три!