Вдова повернулась к двери. Взгляд был отсутствующий. Пег заметила, что Нора, по-видимому, плакала — глаза красные, из носа течет.

— Его здесь нет… — Тело ее сотрясла легкая дрожь. Она откупорила бутылку, выпила, захлебнулась, вытерла рот.

— Нора… Ради всего святого, что случилось?

— Я поискала его, но… — Она зажмурилась и содрогнулась всем телом. — Я сразу же вернулась сюда… бежала… Я так бежала, Пег… Думала, может, страшно ему будет одному…

— Ты о мальчике говоришь, Нора?

— А его здесь нет, — продолжала та недоверчиво. — Я вернулась, потому что думала…

Пег тяжело опустилась на табуретку.

— Ты же насквозь промокла… Одежда вся мокрая, грязная…

Нора оглядела себя и словно впервые увидела свои мокрые юбки, все в глине и налипших листьях.

— Что ты делала на реке?

— А потом я сюда пришла. Посмотреть, может, Джоаннин…

— Нора, Мэри говорит, что подменыш умер. Она в ужасном состоянии и говорит, что он утонул в реке. Это правда?

Нора нахмурилась:

— Ты видела его? — Вцепившись в плечо Пег, она приблизила к ней лицо: — Мэри… что она сказала?

— Нора, ты пугаешь меня.

От вдовы разило самогоном.

— Говори, что она сказала? Говори!

Пег мягко отпихнула Нору.

— Мэри Клиффорд сказала мне, что Михял умер. Говорит, утонул.

Нора долго молчала, стиснув зубы.