Не кривлю душой (понимаю, что уже слишком много жалуюсь) – я еще не оправился от Сталина в России. Так называемой «второй революции» – истребления собственного народа.
И тут Гитлер.
Говорят, война – лучший друг смерти, но мне следует предложить вам иную точку зрения. Война для меня – как новый начальник, который требует невозможного. Стоит за спиной и без конца повторяет одно: «Сделайте, сделайте…» И вкалываешь. Исполняешь. Начальник, однако, вас не благодарит. Он требует еще больше.
Часто я пытаюсь припомнить разрозненные кусочки прекрасного, которые я в то время тоже встречал. Перелопачиваю свое собрание историй.
Вот и сейчас я нашел одну.
Мне кажется, половина ее вам уже известна, и если пойдете со мной, я покажу вам остальное. Покажу вторую половину книжной воришки.
Сама того не зная, она готовится к огромному множеству событий, о которых я упомянул всего минуту назад, но и вас она тоже ждет.
Она носит снег – представьте себе, в подвал.
Полные горсти мерзлой воды кого хочешь заставят улыбнуться, но никому не помогут забыть.
Смотрите, вот она.
СНЕГОВИК
СНЕГОВИК
Начало 1942 года для Лизель Мемингер кратко описывается примерно так:
Ей исполнилось тринадцать лет. Грудь у нее еще оставалась плоской. У нее еще не начались кровотечения. Молодой человек из подвала теперь был у нее в постели.
*** ВОПРОС И ОТВЕТ ***Как Макс Ванденбургоказался в постели Лизель?Он упал.