– А что будем делать с остальным?
– Снеговика, – ответила Лизель. – Надо слепить снеговика.
Ганс покричал Розу.
В ответ ему швырнули привычное:
– Что там еще, свинух?
– Спустись-ка, а?
Когда жена появилась, Ганс Хуберман рискнул жизнью, броском отправив в нее великолепный снежок. Совсем чуть-чуть промазав, тот ударил в стену и рассыпался, дав Маме повод ругаться, не переводя дыхания, довольно долго. Пробранившись, Роза спустилась и помогла им лепить. Потом даже принесла пуговицы для глаз и носа и кусок бечевки для снеговиковой улыбки. И даже шарф и шляпу надели на снеговика, росту в котором было всего полметра с небольшим.
– Это карлик, – сказал Макс.
– Что будем делать, когда растает? – спросила Лизель.
У Розы уже был готов ответ:
– Ты его подотрешь, свинюха, да скоренько.
Папа не согласился:
– А он не растает. – Он потер руки и подышал в них. – Тут такой мороз.
И хотя снеговик все же растаял, где-то в душе каждого из них он так же гордо и высился. Наверное, стоял у каждого перед глазами, когда они в тот сочельник наконец заснули. В ушах звучал аккордеон, в глазах маячил снеговик, а Лизель еще и думала о словах Макса, когда простилась с ним у камина.
*** РОЖДЕСТВЕНСКОЕ ПОЗДРАВЛЕНИЕ ОТ ***МАКСА ВАНДЕНБУРГА– Часто мне хочется, чтобы это всескорее закончилось, Лизель, но тут ты обязательноберешь и делаешь что-нибудь такое– например, спускаешься в подвалсо снеговиком в руках.