Принц де Линь П. А. Румянцеву, Яссы, понедельник [10 ноября 1788 г.][1455]

Господин маршал,

Если бы Ваше Превосходительство не получало вестей от своего двора и, по всей вероятности, изрядного количества сведений, которые появляются сами собой 10 ноября и доказывают, что, находясь вдали от армий, никогда не ведаешь их истинного состояния и что обстоятельства на войне, пока курьер скачет, меняются часто, я почел бы за честь известить Ваше Превосходительство о том, что узнал из полученных донесений.

Я вижу, что в Петербурге поверили, будто супостаты турки угрожают Польше вторжением, и хотят снять осаду с Очакова, в которой будто бы заняты четыре тысячи человек, и в прочие подобные истины.

Его Императорское Величество желает лишь, чтобы в грядущем году кампания была более удачной, и надеется, что ее основание будет заложено на зимних квартирах Вашего Превосходительства в Молдавии, как только этот край очистится от тех, на кого Ваше имя обыкновенно оказывает столь сильное действие.

Слышно мне, что на Севере зимой гремит гром. Если мирное соглашение не послужит отводом, весной ударит молния. Вижу многое, о чем говорить не могу, не будучи достаточно сведущ.

Всегда ли будет дано мне видеть, как Ваше Превосходительство оказывает милости тому, кто их заслуживает, и испытывать одни только чувства восхищения, преданности и почтения? С этим-то почтением я и имею честь быть,

господин маршал,

Вашего Превосходительства

нижайшим и покорнейшим слугой Линь

Яссы, в понедельник утром.

П. А. Румянцев принцу де Линю, Цецора, 6(17) ноября 1788 г.[1456]

П. А. Румянцев принцу де Линю, Цецора, 6(17) ноября 1788 г.[1456]

Любезный принц!

Вот письмо для Вашей Светлости из лагеря под Очаковом, только что доставленное с моей почтой.

Вести, переданные мне об осаде, говорят лишь, что до первого числа сего месяца не произошло ничего особенного, за исключением того, что наша артиллерия разрушила два бастиона: один с левой стороны, другой — с угловой. Но наше нетерпение и наши желания подпитываются лучшими упованиями. Хотя ненастье отложило приступ до названной даты, великое усердие и чрезвычайное рвение, царящие повсюду, утешают нас и умеряют между тем пылкие наши желания. А в пору, когда обстоятельства станут им благоприятны, мы сможем рассчитывать на самый скорый, верный и полный успех.

Имею честь быть с глубочайшим уважением,

любезный принц,

Вашей Светлости

нижайшим и преданнейшим слугой граф Румянцев-Задунайский